Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
05:33 

Far Ahead The Road Has Gone

Асмея
Самое ценное, чему научила меня жизнь: ни о чем не сожалеть/Ин лакеш
Название: Far Ahead The Road Has Gone
Автор: lavvyan
Переводчик: Асмея
e-mail: пишите на у-мыло, договоримся.
Беты: Hamaji, Эгра
Категория: slash
Жанр: Romans/AU
Рейтинг: R
Пара/Герои: Шеппард/МакКей
Предупреждения: нет
Разрешение на перевод: получен
Ссылка на оригинал: тут
Статус: Закончен.
Отказ от прав: Ни автор, ни переводчик материальной выгоды из произведения не извлекают.
Благодарность: Эгра, огромнейшее тебе спасибо за помощь
Саммари: В общем, если кто и должен позаботиться о том, чтобы МакКей оставался живым и здоровым, то этим человеком должен быть именно он, Джон. Хотя бы потому, что всем остальным захочется пришибить этого самоуверенного сукиного сына самое большее через пять минут общения.
Главы 1 - 2
***
Глава 3.

Тейла только-только вернулась из поселения Атозиан на материке, когда раздался сигнал тревоги. Стоя в открытом люке джампера, она недоумённо смотрела на землян, которые испуганно сновали туда-сюда. Тейла уважала своих друзей за их неподдельную отвагу, но в такие моменты они вели себя хуже детей. Стоя неподвижно, она первая заметила, что происходит что-то необычное. Тейла не видела, но почувствовала: Город Предков снова взлетел.
Всё произошло очень быстро, и чтобы прояснить ситуацию, Тейла по рации связалась с доктором Вейр. Элизабет кратко обрисовала положение, сказав, что МакКей перемещает Атлантис в пределах планеты с целью избежать нападения Рейфов. Радость Тейле слегка подпортила новость, что в процессе операции учёный был ранен. Было непонятно, как такое вообще стало возможно, Элизабет старалась не показывать вида, но от волнения говорила короткими, рублеными фразами. Тяжелей всего ей как лидеру приходилось в ситуациях, где всё сводилось к часам мучительного ожидания.
По дороге в госпиталь Тейла расспрашивала Элизабет о том, что пропустила, пока навещала своих. Ей удалось даже немного обогнать Шеппарда. Джон был бледен и мрачен. Когда он присел рядом, Тейла придвинулась поближе, ожидая, когда к ним выйдет доктор Бекетт. Она и раньше замечала, как сильно Шеппард волнуется о МакКее, как печётся о его безопасности. Учёный не оставался в долгу, отвечая на заботу в своем собственном неповторимом стиле. Ради них обоих Тейла очень надеялась, что раны МакКея не серьёзны…
Несколько минут спустя к ним присоединился доктор Зеленка. Майор даже бровью не повёл.
- Щиты стабильны, все системы работают. В таком положении город, наверное, может провести несколько сотен лет, - ответил Радек на безмолвный вопрос Вейр.
Элизабет кивнула.
- Спасибо.
- Есть какие-нибудь новости от Бекетта? – хмуро спросил учёный.
- Нет, - ответила Тейла. – он ещё не закончил обследование…
Зеленка молча кивнул, хотя было видно, что он очень расстроен. Они часто ругались с МакКеем, когда того заносило. Но всё же Родни предпочитал работать именно с Радеком, когда этого требовала ситуация. Они больше всех преуспели в исследовании города, и между ними выросла странная, но крепкая дружба. Доктор Зеленка был человеком замкнутым, но искренним, и в данный момент он сходил с ума от беспокойства.
Размышления Тейлы прервало появление Карсона. Ей хватило всего одного взгляда на него, чтобы понять: новости будут не из приятных. Доктор выглядел уставшим и отчаявшимся.
Замерший рядом с ней майор тоже это понял, поэтому вопрос задала Элизабет.
- Как он?
- Физически… Больше всего это похоже на кровоизлияние в мозг, вызванное взрывной декомпрессией. В остальном ничего серьёзного... Сердце пошаливает, но я полагаю, что здесь виноваты стимуляторы. Он очень мало спал.
- Тогда что с ним? – не выдержал Шеппард.
Карсон вздохнул.
- Я сделал КТ, чтобы убедиться, что с ним всё в порядке. Тело совершенно здорово! Но энцефалограмма не показала никакой мозговой активности. Такое впечатление, будто ему начисто стёрли сознание.
- И что это значит? – Элизабет была само спокойствие.
- Это значит, что он дышит, но кресло убило его, выстрелив в голову, - Бекетт вздохнул. – Мозг Родни мёртв. Он не очнётся. Мне жаль…
Карсон пропустил их к койке МакКея. Белый, как полотно, учёный был подключён к аппаратуре. Тейле было не по себе, однако от ее внимания не укрылось, как прикрыла глаза Элизабет. Доктор Бекетт был готов разрыдаться, а Зеленка пробормотал что-то похожее на «глупый мальчишка». Но её сердце оборвалось, когда она взглянула на майора Шеппарда. До боли сжав кулаки, он смотрел на Родни, застыв, словно изваяние. Лицо его оставалось при этом совершенно спокойным.
У них была крепкая команда, и Тейла гордилась, что была её частью. Жаль только, что мужчины напрочь отказывались признавать, что их связь была гораздо более глубокой…
Теперь время было упущено безвозвратно.
Кажется, Шеппард осознал это одновременно с ней. То, как он выругался, удивило даже Элизабет. Джон не обратил на её возмущённый взгляд никакого внимания, он предпочёл проигнорировать всех. Резко развернувшись, он покинул помещение, не удостоив оставшихся ни единым словом. Тейла проводила его сочувствующим взглядом.
Любимых всегда тяжело терять.
***
В госпиталь Джон вернулся только ночью, хотя на дне океана при постоянно включенном освещении смена времени суток была едва заметна. Рейфы, не обнаружив Атлантис на месте, убрались. Город словно бесследно растворился в воздухе. Но это было не так. Атлантис, накрытый куполом, покоился в нескольких сотнях метров под поверхностью океана на противоположной стороне планеты. План Родни сработал, и сейчас Джон безумно жалел, что тогда не прислушался к его словам.
Официально МакКея мёртвым так и не признали. Пока…
- Прости, - произнёс Джон, сжав безвольные пальцы учёного. – Я должен был знать, что ты обязательно найдёшь выход. Я даже Колдвеллу сказал, что доверяю тебе во всём. И сам же тебя подвёл. Это мне следовало управлять креслом, не тебе…
Джон на секунду замолчал, пытаясь заставить себя посмотреть в лицо Родни. Ему было очень больно.
- Но больше такого не повторится. Я обязательно что-нибудь придумаю. Чёрт, я читал в старых отчетах, как разум полковника Картер был пойман в компьютерную ловушку. Вдруг и здесь нечто подобное?
Джон мягко поцеловал холодные пальцы.
- Я найду выход, - поклялся он. – Я сделаю всё, чтобы вернуть тебя.
Положив руку Родни поверх больничного одеяла, Джон встал и, бросив последний взгляд на его бледное лицо, направился к выходу. В коридорах было почти пусто, он без труда дошёл до комнаты с креслом. На злосчастный артефакт Шепард смотрел с ненавистью, борясь с искушением немедленно разнести его в щепки. Вместо этого он опустился в кресло. Оно ожило, готовое мгновенно исполнить любой приказ. Как и всегда. Джона трясло. Перед его внутренним взором проявились карты города, но он не обратил на них внимания. Ему нужно было совсем не это.
- Родни? – позвал он, его голос эхом отразился в голубоватом сиянии. – Родни? Ты здесь?
Никто не ответил, но Джон и не думал, что это будет просто. Чтобы отыскать хоть малейшие следы друга, придётся попотеть. Стоило ему об этом подумать, как перед глазами развернулось окно, показывая красные дорожки, идущие поперек синих. Шеппарду потребовалось мгновение, чтобы понять, что перед ним карта путей отхода Родни, по которым МакКей пытался скрыться от И.и. города. Если бы ему удалось проследить их траекторию, он смог бы найти и их конец, где исчезли следы учёного.
Будь у него возможность, Джон бы с удовольствием извинился и в качестве компенсации одаривал бы Родни шоколадом до конца своих дней.
Внезапно он почувствовал чьё-то присутствие, словно за ним кто-то наблюдал, отмечая каждое его действие. Шеппард насторожился.
- Кто ты?
- Мы – Атлантис, - последовал лаконичный ответ. – Ты потерялся. Мы можем тебе чем-то помочь?
Под «мы», судя по всему, подразумевались системы управления города. Джон постарался не слишком бурно радоваться удачно подвернувшемуся второму шансу, в котором он так нуждался.
- Я кое-кого ищу. Он был здесь совсем недавно. Это его следы.
- Нарушитель был нейтрализован, - ровный, лишённый каких-либо интонаций ответ. И от этого холода Джону стало совсем худо.
- Нарушитель? Он же спасал город!
На секунду стало тихо.
- Подтверждаю.
- Подтверждаешь? Где он? Он живой человек! У тебя нет права лишать его разума!
- Нарушитель был нейтрализован.
Снова здорово! Что за ось такая?!
- Данные нарушителя удалены. Был использован фальшивый допуск.
- Как? За что? – Джон всё ещё надеялся, что разум МакКея где-то здесь, а не стёрт городом, который он пытался защитить. - Для получения доступа к интерфейсу управления была использована генотерапия. Использование санкционировано. Произошла чудовищная ошибка! Проверь свои записи или что там тебе требуется и верни его!
- Тебе больно, - участливо.
- Ты убила моего лучшего друга!
***
…Родни был гораздо больше, чем просто друг. Он был ярким, неповторимым, порой забавным, порой пугающим, но таким живым! И Шеппард любил его, даже если не имел на это никакого права! Он мысленно сосредоточился на И.и города, потому что вместо радости от спасения Атлантиса и его жителей Джон чувствовал гнев. Родни напрасно пожертвовал собой. Джон ненавидел Атлантис, ненавидел всем своим существом, до такой степени, что вернись сейчас Рейфы, он и пальцем не пошевелил бы для его спасения. Он здесь не для того, чтобы защищать город и его людей. Его обязанность – защищать Родни, а без него миссия не имеет смысла!
Не дав Атлантису возможности ответить, Джон разорвал связь и вывалился из кресла до того, как оно приняло вертикальное положение. У него было такое чувство, что в ближайшие пять минут он либо кого-нибудь убьёт, либо разрыдается, и плевать на возможных свидетелей. Но, увы, он не мог позволить себе такого поведения. Когда он вернулся в свою комнату, в ней было так темно, как ему хотелось.
Здесь больше не было места свету…
***
ИИ Атлантиса проследил за тем, как потомок упал на постель, зарывшись лицом в подушку. Плечи человека вздрагивали. Он плакал.
ИИ было предъявлено обвинение в совершении ошибки. Вероятность наличия ошибки была мала, но всё-таки имелась. ИИ запустил вероятностный анализ. Необходимо было оценить, насколько критической являлась сложившаяся ситуация.
//База данных: Человек.
/Файл: Доктор Родни МакКей.
/Действие: Поиск удалённых данных.
/Результат поиска: Temp6.897.130.889.721.657.002.
~~~
//База данных: Потомок.
/Файл: Майор Джон Шеппард.
/Действие: Поиск удалённых данных.
/Результат поиска:Temp6.897.130.889.721.657.003.
/Начало операции: Поиск удалённых данных: Temp6.897.130.889.721.657.002 и Temp6.897.130.889.721.657.003.
/Восстановить.
Результат некорректен. Высший приоритет – сохранение системы.
//Доступ к заблокированной памяти: 46852158B65368/THA-100297.
/Восстановить.
***
В отличие от Родни Карсон нечасто полагался на интуицию. Его работа как врача мало зависела от танцев с бубном и взмахов волшебной палочкой, скорее уж от постоянного наблюдения и сохранности данных. В особенности это касалось генетики как наиболее спокойной из областей медицины. Дни, когда он занимался генетическими исследованиями, были для Карсона самыми спокойными. Обычно большинство открытий в генетике совершались спонтанно, но Карсон добивался тех же результатов упорным трудом.
Сейчас у него ужасно чесались руки использовать для спасения Родни часть технологий Древних. Он проверял и перепроверял данные, голова просто раскалывалась от боли, но Карсон не мог позволить себе остановиться, хотя он понятия не имел, что конкретно ищет.
Медицинское оборудование Древних было первым, что проверили и испытали люди, прибыв в Атлантис. Один из странных инструментов отвечал за диагностику и теоретически был связан с базой данных города, что предоставляло врачам возможность наиболее эффективно распознать заболевание пациента. Всё прекрасно работало, пока не возникали вспышки космического гриппа или другой гадости типа нановируса. Хотя, возможно, они просто не умели им правильно пользоваться.
Вряд ли Родни станет хуже, если попытаться опробовать эту технологию на нём. По меньшей мере, они получат новые данные…
Карсон подозвал медсестру Роббинс и попросил ее отслеживать малейшие изменения в состоянии Родни. Приложив устройство к груди учёного, Бекетт активировал его и вздрогнул, когда пять или шесть тонких электродов вонзились в беззащитную кожу. Родни выгнуло так, словно его шарахнуло током, и одновременно с удивлённым возгласом медсестры Карсон услышал писк сердечного монитора. Электроды исчезли в недрах устройства, оставив после себя едва заметные пятнышки крови на больничной рубашке пациента.
Родни оставался овощем.
Отложив прибор, Карсон приказал помощницам тащить дефибриллятор, но сперва вколоть Родни положенную дозу медикаментов. Прежде всего необходимо было запустить сердце МакКея. Понадобилось четыре разряда, чтобы получить хоть какую-то реакцию, плюс ещё один, чтобы на кардиографе высветилась долгожданная кривая. Карсон молча опустил голову, пытаясь взять себя в руки. Едва не произошла трагедия, и что хуже всего – по его вине. Он чуть не потерял Родни, одного из своих самых близких друзей. Бекетт не знал, что подтолкнуло его к использованию древней технологии, ведь обычно он старался этого избегать.
Вдохнув поглубже, он взглянул на энцефалограф и замер. Моргнул, снова посмотрел и, пробормотав «Боже правый», включил рацию.
- Доктор Вейр, майор Шеппард? Вы не могли бы срочно прийти в госпиталь?
- Что случилось? – спросила Элизабет.
Карсон был готов поспорить, что майор уже на пути сюда.
- Вам лучше самим это увидеть, - ответил он, отвернувшись к мониторам, смаргивая навернувшиеся на глаза слёзы. Он в жизни бы не подумал, что нервные импульсы так прекрасны.
Первым, как и ожидалось, появился майор. Карсон тактично не заметил его покрасневших глаз и осунувшегося лица. Вскоре пришла Элизабет.
- В чем дело, Карсон?
- Родни, - доктор ткнул в монитор. – Он видит сны.
- Сны? – непонимающе повторила Элизабет, а Шеппард уже сделал шаг вперед.
- Он вернулся, - прошептал Джон, сжав кулаки, словно удерживая себя от прикосновения к ученому.
- Верно, - кивнул Карсон. - Чертовски удачливый парень!
- Но как? – Элизабет не терпелось узнать подробности, и Карсон попытался ей объяснить.
Майор Шеппард молчал и вообще был тише воды, ниже травы. Выслушав Бекетта, он молча вышел.
Элизабет ласково погладила бледную руку Родни.
- Здорово, что он вернулся, - улыбнулась она.
- Да. Без него всё было бы по-другому, - Карсон посмотрел на неё. – Ложитесь спать. Ему нужно время, чтобы прийти в себя.
- Вам тоже стоит поспать.
- А, пустяки. Сейчас он не в том состоянии, чтобы на кого-то орать, не правда ли?
Они дружно фыркнули, так же дружно зевнули, и Элизабет оставила Карсона в одиночестве.
Несколько часов спустя, когда Родни наконец очнулся, Бекетт буквально валился с ног.
- Карсон? – чуть слышный шепот: Родни пытался понять, куда его занесло.
- Полегче, друг мой. Ты вылез из весьма серьёзной комы.
- Комы? А что случилось? – внезапно ученый все вспомнил и, задохнувшись, сжал руку Карсона. – Рейфы! У меня получилось? Мы в безопасности?
Дождавшись уверенного кивка, Родни расслабился.
- Да, но для начала ответь на пару вопросов. Как твоё имя?
- Джон Смит. Это что – Мёртвая Зона? Серьёзно, Карсон, я же назвал тебя по имени, так что необходимость в ритуале вуду по возвращению в мир живых отпала, - сарказм шел с доктором МакКеем в виде бесплатного приложения.
Карсон подавил рвущуюся наружу усмешку.
- Родни, у тебя вообще отсутствовала какая-либо мозговая активность, ты превратился в овощ. Я не шучу.
- Я – что?
- Девичья фамилия матери?
- Какого?... Карсон, погоди! Я был овощем?!
Несомненно, Родни вернулся.

Глава 4.

Полное разочарование. Родни вернулся и даже не попытался дослушать благодарственную речь Элизабет. Словно то, что он сделал, не имело значения и ему было все равно, что он едва не погиб. О том, что он фактически спас город, МакКей не заикнулся ни разу. Ну хорошо, разве только однажды, но не публично. И провались всё к чёрту, если это не вывело Джона из себя!
Однако!
Именно поэтому, спустя буквально полдня после того, как Карсон выписал МакКея из госпиталя, Джон стоял перед лабораториями, наблюдая, как тот гневно распекает кого-то из подчинённых. Судя по всему, за их собственные ошибки, которые они наделали, пока его не было. МакКей бурно жестикулировал, тыкая пальцем в провинившегося, пока стоявший в стороне Зеленка, усмехаясь, наслаждался зрелищем.
Класс!
- МакКей! На два слова.
Ему показалось, что кое-кто из учёных посмотрел на него блестящими от слёз глазами с искренней благодарностью. Хотя Джону было плевать. В принципе. Прежде чем выйти, Зеленка, не переставая ухмыляться, хлопнул Родни по плечу. Через мгновение голос чеха послышался в другом конце коридора.
- Так, все всё слышали? Возвращаемся к прежним стандартам. Ясно?
Нестройное бормотание в ответ отчего-то не выражало энтузиазм. Закрывая за собой дверь, Шеппард решил не заострять на этом внимания. Родни же расстроено потирал переносицу.
- Как сказал один мудрец: «Никогда не спорь с идиотами – сначала они опустят тебя до своего уровня, а потом задавят опытом». Мне не стоило об этом забывать.
- Нам надо поговорить.
- О том, что ты сыт по горло нашими отношениями? – Родни воинственно поднял подбородок, но его выдавали глаза.
Джону было не до споров.
- В следующий раз, когда я отдаю приказ, выполняй его от и до, иначе я изобью тебя до полусмерти.
- Прости?
- Я же приказывал тебе немедленно слезть с кресла!
Родни посмотрел на него так, словно Шеппард тронулся умом.
- Простите, майор, но у меня как-то не было времени на обсуждение стратегии! Кстати, именно потому, что вы не желали меня слушать!
- Но это чуть не убило тебя!
- Ревнуешь, что ради разнообразия на грани самоубийства оказался я, а не ты?
Ревнует? Нет. Зато с трудом удерживается от желания врезать МакКею. Так, надо успокоиться.
- Ты не имел права решать за…
- Я тебя умоляю! Если бы я не рискнул жизнью, Атлантис бы превратился в груду древнего мусора на дне океана.
Родни гордился, что последнее слово всё-таки осталось за ним, и Джон сорвался.
- Ну и что?! – гаркнул он с такой силой, что Родни инстинктивно сделал шаг назад. – До тебя не доходит, что ты чуть не погиб? Ты вообще об этом думал? А если б ты умер, что прикажешь делать мне? Ты – единственная причина, по которой я вообще сюда пришел!
Замерев, МакКей смотрел на Джона широко распахнутыми глазами. Сообразив, что он только что ляпнул, Шеппард побледнел.
- Чёрт с тобой! – вдруг успокоившись, выплюнул он, развернулся и гордо удалился, оставив пребывающего в ступоре Родни в одиночестве.
Увы, коридор, как назло, был полон народу. Шеппард ловко растолкал толпу локтями. Он даже не думал, куда бежит. Главное, как можно дальше. Голова была пустой и тяжёлой. Джон понятия не имел, куда его занесло, пока не уткнулся в тупик. Похоже, он попал в неисследованную часть города. Побродив по коридорам, Шеппард остановился у каких-то покоев, которые наверняка принадлежали невероятно важной персоне. Они были раза в три больше скромной комнатки майора, к тому же располагались чёрт-те где. Услышав за спиной знакомые шаги, он даже не удивился. МакКей был на редкость упрямым, и глупо было даже думать, что вспышку Шеппарда он оставит без последствий. Ощутив за спиной присутствие Родни, Джон напрягся. Тот стоял к нему слишком близко, стоило лишь сделать шаг назад - и можно было почувствовать жар его тела. МакКей молчал, и Джон в ожидании сжал кулаки.
И очень удивился, когда его бережно, но крепко обняли за талию и прижали к широкой груди. Горячее дыхание, касающееся уха, заставило Джона прикрыть глаза.
- Никогда не интересовался симпатичными мальчиками, - прошептал Родни. – С ними невозможно иметь дело.
Джон с трудом сглотнул, горло пересохло.
- Родни, я не мальчик.
- Нет. Ты - нет.
Потом были губы, ласкающие шею, руки, скользящие по футболке, сминающие ткань… Джон задохнулся. Хихикнув, Родни лизнул чувствительную кожу за ухом, и скажите на милость, куда делся нервный заика, который на планете Братства ради спасения собственной жизни так и смог пофлиртовать? Теперь же руки, забравшиеся под рубашку Джона и потянувшие её вверх, действовали уверенно, как никогда. Джон покорно поднял руки, затем резко развернулся и, не дав себе времени подумать, проделал то же самое с футболкой Родни. Отбросив ненужную одежду в сторону, Джон уставился на ученого, затаив дыхание. Тёплые, тяжёлые ладони легли Джону на грудь, большие пальцы принялись играть жёсткими тёмными волосками.
- Джон… - благоговейно выдохнул МакКей, и оказалось, что это – то самое…
С отчаянным вздохом Джон притянул его к себе за талию, зарывшись свободной рукой в волосы на затылке. В их поцелуе не было ни капли нежности, только уверенное движение языков в стремлении узнать вкус партнёра. Пока они стонали, задыхаясь от нехватки воздуха, руки жили своей жизнью, скользя по горячей коже.
Родни буквально впечатал Джона в себя, сжав его ягодицы. Почувствовав ответное возбуждение, Шеппард застонал и немедленно принялся воевать с кнопками на штанах Родни, его уже трясло от желания.
- Погоди… - оторвавшись от него, Родни попытался отстраниться, но Джон категорически не хотел ничего слушать, поэтому втянул его в еще один сногсшибательный поцелуй. Родни хихикнул ему в рот.
- Джон, погоди! Ботинки...
От хорошего толчка в грудь Шеппард покачнулся и, не удержавшись, рухнул на кровать, едва не запутавшись в собственных конечностях. Родни немедленно воспользовался шансом и встал на колени между его ног. Он ловко стянул с Джона обувь, затем, ласково пробежав пальцами от коленей к бедрам, остановился у пояса и, расстегнув все кнопочки, снял с него форменные брюки. А потом повторил весь пройденный путь поцелуями. Почувствовав, как горячий язык облизывает кожу над бельём, Джон вздрогнул, тёплое дыхание опаляло чувствительную кожу. Когда Родни поцеловал сквозь ткань его возбуждённый член, Джон со свистом втянул воздух.
- Родни, - позвал он. – Иди ко мне.
Выражение его лица заставило МакКея тяжело сглотнуть. Оторвавшись от Джона, он начал судорожно избавляться от собственных штанов и ботинок. Пластиковый чехол с покрывала был скинут общими усилиями, после чего Родни снова оказался на кровати, в объятьях Джона, где его мгновенно втянули в очередной жадный поцелуй. Они прижимались друг к другу так плотно, как могли, не переставая тереться возбуждёнными членами через тонкую ткань. Но этого было мало, поэтому Родни решительно стянул с них обоих бельё и поспешил воплотить в реальность пришедшую в голову идею. Теперь они лежали полностью обнажённые, кожа к коже, грубые лобковые волосы обжигали нежную плоть, но им было плевать даже на то, что угол выбран неудачно и последствия не за горами.
Конец был уже близко, слишком близко. Опустив руку, Джон сжал их члены в кулаке. Пальцы Родни легли сверху, и это было замечательно. Быстро, неуклюже, но прекрасно. На поцелуи не оставалось сил, они лишь судорожно дышали друг другу в приоткрытые рты, не переставая вскидывать бедра и сжимать пальцы. И, Господи, член Родни под его рукой дернулся, и он кончил, уткнувшись носом Джону в шею.
- Джон…
Это прозвучало, как всхлип, но в нём было его имя. Его имя. Ещё сильнее прижавшись к Родни, Джон с хриплым стоном переживал собственный экстаз.
Подождав, когда пройдут последние судороги наслаждения, Родни откинулся на спину, зевнул и сонно посмотрел на Джона.
- Спим?
Джон согласно кивнул, не зная, что ещё можно сказать. Зато он позволил себе роскошь - придвинулся поближе к Родни, оказавшись в результате буквально распластанным у него под боком. Устроив голову у него на плече, Джон с наслаждением вдыхал знакомый аромат и чувствовал, как бьётся сердце МакКея. От этого у Джона перехватило дыхание, и от мысли, что когда-нибудь он перестанет слышать его стук, майору стало страшно.
Он заснул, считая удары.
***
Родни проснулся в одиночестве.
В целом это, конечно, не повод для паники, но всё говорило о том, что Джон исчез не просто для того, чтобы принять душ. Родни осмотрелся. Одежды Шеппарда не наблюдалось, его собственная была аккуратно сложена на стуле. Пластиковый чехол, который они вчера скинули на пол, по-прежнему валялся под кроватью.
Вчера ночью…
Вспышка Джона его удивила, если не сказать больше, и Родни понадобилось несколько драгоценных секунд, чтобы преодолеть первоначальный шок. К тому времени, как к нему вернулась способность выражаться вербально, майор благополучно смылся, так что МакКею пришлось ещё и искать его.
Ладно. Сделать это в таком городе, как Атлантис, тем более для такого гения, как он, было раз плюнуть. Хотя он не очень любил использовать системы в таких целях…
Разыскав Джона, Родни вместо того, чтобы тратить время на пустые разговоры, сделал то, что хотел сделать каждый раз, когда кто-то из них получал ранение или Шеппард умудрялся втравить себя в очередные неприятности, пытаясь защитить его. Да, чёрт, хотя бы когда Джон просто удивлял его, выкидывая очередной фортель в их ежедневных подколках. Родни прикоснулся к Шеппарду. Он хотел этого со времени их самой первой миссии. Тогда всё пошло кувырком, и им пришлось останавливать Джону сердце. Родни тогда безумно хотел узнать, будет ли эта кожа под его рукой такой же мягкой, какой она кажется. И получится ли у него растрепать эти всклокоченные волосы ещё сильнее.
Позволит ли Джон называть себя по имени?...
В принципе, Родни стоило лишь спросить, но годы сотрудничества с вооружёнными силами научили его тому, что чем выше ранг, тем вероятней, что военный разрешит называть себя исключительно по фамилии. Или званию. Поэтому обращение к кому-то по имени стало для Родни высочайшим признаком доверия и привязанности, хотя вслух об этом он никогда никому не признавался. С гражданским персоналом было то же самое, с ними не всегда поймёшь, кто из них старожил. Джо, Боб, Дик - независимо от того, насколько располагающими они казались, всегда существовала вероятность нарваться на лекцию о вашей дерзости. И несмотря на то, что Родни старался ни от кого не зависеть, хотя бы эмоционально, он вынужден был признать, что этот урок оказался болезненным.
Нет, в том, что Джон – другой и не станет его дразнить, Родни был уверен. За исключением тех редких моментов, когда МакКей боялся пусть вежливого, но все же отказа. Собственно, именно этот страх и мешал ему спросить. К тому же он в жизни бы не догадался, что больше всего Джон хочет быть ближе к нему. Это было удивительно. Гораздо лучше даже французского жаркого и шоколада. Это было тёплое, гибкое тело – и всё для него.
Но Джон исчез, и вот это уже было плохо, хотя бы потому, что Родни искренне не понимал, почему. Всё же хорошо, они в безопасности, Элизабет приказала всем, кто не ушёл на базу Альфа, сделать это в течение трёх дней. Сам Родни, как и большинство учёных, этот приказ игнорировал. И у него был МНТ! Такой исследовательский соблазн, разве он мог пройти мимо?
А потом случился Джон. Прямо он в любви не признался, но это и так было понятно. Родни пришлось его разыскать и объяснить, что всё нормально, а потом у них был секс и…
Стойте-ка! Он же не мог подумать… Родни, конечно, ничего не сказал вслух. Но это же было очевидно! Секс у них был отнюдь не из жалости. От одной только мысли, что Родни якобы может так поступить, ему становилось смешно.
С другой стороны, речь шла о Джоне – а кто знает, что на самом деле творится в его упрямой башке? Родни был уверен: облик безмятежного, самоуверенного пилота ВВС - не более чем маска.
Даже досадно!
***
Идея спрятаться в собственной комнате не выдерживала никакой критики, но Джону нужно было время и место, чтобы побыть одному. А дома, как известно, и стены помогают. И вообще, стоит радоваться хотя бы тому, что теперь они в безопасности и все нормально. Разве нет?
Интересно, кого он пытается обмануть?! «Нормально» для него закончилось ещё на Земле, перед тем, как они пришли в Атлантис.
Джон сидел, бездумно барабаня пальцами по матрасу, как делал это на протяжении трёх последних часов.
Когда он проснулся в объятьях мягко посапывающего Родни, он почувствовал себя счастливым. А потом навалилась паника. Поэтому-то он и смылся, так быстро и незаметно, как только мог. Правда, немного помедлил, пока расправлял и складывал вещи Родни на стул. Не хватало, чтобы они оба показались на глаза людям помятыми и все в пыли. Кое-как почистив собственную одежду, он сбежал. Снова. Это уже становилось привычкой.
К себе он шел с чёткой установкой: забыть, что прошлая ночь вообще существовала. А вместо этого сидит и прокручивает в голове каждое мгновение произошедшего, каждое прикосновение, каждый вздох, и так по кругу, много, много раз. Он всё ещё чувствовал запах Родни на своей коже и следы их страсти на животе.
Секс. Родни. Родни, назвавший его по имени. Джону стало плохо, так плохо, что с трудом удавалось сделать вдох. Потому что для МакКея это ничего не значило, всего лишь секс. Дружеский трах, Родни наверняка подумал, что даёт Джону то, в чем тот нуждался. Только это даже близко не было ничем подобным. Здесь было всё – дружба, доверие, его чувства, а теперь он даже не мог любить Родни издалека, потому, что его любовь была запятнана, сломана, и Джон не знал, как с этим быть. Он не мог вернуться на Землю, оставив Родни в галактике, полной опасностей. Но и оставаться рядом, притворяясь, словно ничего не изменилось, он не мог. Потому что Родни прикоснулся к нему. Но ведь это ерунда, глупость… Вряд ли МакКей действительно этого хотел.
С тех пор, как Джон прибыл в этот проклятый город с его бесконечными чудесами, которые изумляли его ровно до тех пор, пока не пытались убить, это причинило ему самую сильную боль. Оставалось надеяться, что сейчас, когда связь с Землёй наконец-то была восстановлена, им пришлют нового главнокомандующего. Кого-то более опытного, кто сможет справиться со всеми ужасами, на которые галактика Пегас оказалась невероятно щедра. Кого-то, кто возьмёт на себя ответственность и даст ему возможность свободно дышать. Да хотя бы кого-нибудь похожего на полковника Эверетта, который, хоть и не питал тёплых чувств к учёным, запретил им выходить на миссии, приказав оставаться в городе. В безопасности. Тогда Джон расслабится. И будет ходить на задания без Родни. У него даже появится отличный повод свести их общение к нулю: в таком случае Джон не будет нести за физика никакой ответственности, а значит, не будет смысла поддерживать знакомство.
План вполне реальный. Он сработает. Хотя при этом и убьёт его…
Проблема заключалась в том, что в Атлантисе спланированное редко шло так, как надо, и звонок в дверь был тому лучшим доказательством. Джон знал, кто стоит за дверью, ещё до того, как она открылась. Со стороны некоего канадца такое поведение было весьма невежливым. Родни влетел в комнату, как ураган.
Джон мгновенно выпрямился, незаметно поглядывая на него. Он даже набрался храбрости открыть рот, чтобы извиниться за вчерашнее, но Родни его опередил.
- Ты, должно быть, самый глупый, недалёкий, упрямый идиот во всей этой экспедиции! Что, чёрт тебя дери, ты пытался доказать этим своим бегством? Разве ты не должен быть оловянным солдатиком, у которого косая сажень в плечах и прицел вместо глаз?
Так-то! Джон благоразумно молчал, глядя на разбушевавшегося МакКея с абсолютным недоумением. Такого Шеппард не ожидал. Пока он раздумывал над происходящим, Родни пошёл вразнос, больше не обращая на него внимания.
- Господи, неужели в армии тебя научили лишь сутулиться, носить широченные брюки, растягивать слова и дерзить? А, неважно! Мы поговорим сейчас о прошлой ночи, причём я буду говорить, а ты – слушать!
- Хорошо, - во рту у Шеппарда внезапно пересохло.
Джон уже догадывался, чем закончится эта беседа…
- Ничего хорошего, майор! Если ты думаешь, что легко отделаешься, то рано радуешься!
Боже… Джон, с трудом сдерживая отчаяние, тяжело сглотнул и прикрыл глаза. Он должен был заранее понять, что это ещё не конец. Но разве не Родни всё начал? Разве не он первый дотронулся до Джона? Зачем же он теперь кричит на него, на Шеппарда, который никогда, ни при каких обстоятельствах не причинил бы ему вреда? Хотя, наверное, всё же такое право у него есть. Он ведь не знает, как давно Шеппард его хочет. А Джон и сам уже не помнит своей жизни без Родни, без желания защитить его, потребности быть рядом с ним, любить его. А теперь их единственная ночь разрушила всё. Если Родни так не терпится сообщить ему, что их дружбе пришёл конец, то это только к лучшему. Пусть МакКей поскорей высказывается и уходит!
Тогда у Джона будет возможность зализать раны без свидетелей.
Послышался шорох одежды. Джон инстинктивно напрягся. Ласкового прикосновения к лицу он никак не ожидал, поэтому мгновенно распахнул глаза, посмотрев на Родни совершенно диким взглядом.
МакКей стоял перед ним на коленях и, не прекращая своей робкой ласки, смотрел на него с удивительной нежностью, которая не должна причинять столько боли, но всё же причиняла.
- Идиот, - с ещё большей нежностью произнёс Родни и, потянувшись вверх, накрыл его губы своими.
Шеппард сидел, не шелохнувшись, он никак не мог осознать происходящее. Он просто сидел и смотрел, не осмеливаясь поверить или спросить. Ещё один нежный поцелуй - и Джон почувствовал, как в нём что-то сломалось.
Он притянул Родни к себе, сжимая его в таком крепком объятии, что тому должно было быть больно, но МакКей не жаловался: наоборот, он возвратил объятье с не меньшим усердием. Джон зарылся лицом в шею любимого, дурея лишь от одного его аромата, которым он так упивался вчера. Родни, прижимал его к себе, поглаживая по спине широкими ладонями, словно успокаивал, цепляясь за него так, словно стоит ему отпустить Джона, тот непременно утонет. В таком положении они провели несколько бесконечных минут, пока Джон не почувствовал, что снова может дышать. Он немного отстранился.
- Я, люблю тебя, - не переставая шептал он, осыпая лицо Родни дождём из поцелуев. – Люблю тебя, люблю, люблю!
- Джон, - бормотал Родни, - Джон…
Потом они целовались, вкладывая в эти поцелуи все свои тревоги, чаяния, надежды. Джон прижимался к Родни так сильно, как только мог. Это иллюзия, морок, он боялся в это верить, боялся, что всё вот-вот развеется, как дым. Но Родни отвечал ему с такой же страстью. Скорее всего, это реальность, и Джон вполне может быть уверен в этом. Он немного расслабился и отстранился. Оба тяжело дышали, глядя друг на друга.
Джон улыбнулся и, снова взяв лицо Родни в ладони, поцеловал, но уже намного спокойней. Они не спешили, изучали каждую трещинку губ друг друга. Родни вздохнул и мягко прикусил нижнюю губу Джона. Тот снова улыбнулся и наконец принял реальность как должное.
Родни принадлежит ему.
Джон прервал поцелуй, чувствуя, что теперь можно удовлетворить любопытство.
- Родни…
- Я тоже тебя люблю, - опередил его МакКей. – Я вчера не сказал, но это правда.
Джон широко улыбнулся. Слова стали лишними. Но можно же разговаривать поцелуями! Джон проследил, чтобы в этот раз они были нежными, мягкими, полными привязанности и обещаний, которые невозможно было выразить иначе, чтобы они не звучали чересчур сентиментально. Джон вполне мог вот так, в обнимку с Родни, целуя его, провести остаток жизни. Но Джону просто жизненно необходимо было знать…
- Родни. Что будем делать? – Родни, благослови Господь его гениальные мозги, понял, что он не имел в виду конкретный момент.
- Не знаю. Днём ты мной командуешь, я по-прежнему на тебя ору… А ночью мы миримся.
- Согласен.
- Вот и отлично!
На том и порешили.
***
Радек Зеленка заслуженно гордился своей проницательностью. Люди редко замечали его, он платил им тем же, но при этом он был самым информированным человеком в городе.
Так что когда майор Шеппард стал появляться около лабораторий чаще обычного, а Родни стал ворчать на него не так часто, как раньше, Радек сделал из этого свой собственный вывод. Сделав из этой информации несложный вывод, он вполне мог выиграть множество пари и озолотиться, но он промолчал. Родни, несмотря на свою способность вывести из себя святого, был его другом. А подводить вторую половину своего друга под трибунал как минимум невежливо, не так ли?
Поэтому, когда по Атлантису разлетелась новость, что главы отделов отзываются на Землю и обратно вернутся только через месяц с «Дедалом», Радек вручил Родни список покупок, сказав при этом:
- Ты привозишь мне побольше DVD с романтическими фильмами, чтобы я смог добиться Элизабет, а я поделюсь с тобой смазкой, которую синтезировали наши биологи. Когда ваша с майором закончится.
За что был вознагражден возмущенным бормотанием.

Конец

@темы: Джон Шеппард, Категория: слэш, МакШеп, Переводы, Родни МакКей, Фанфики

Комментарии
2011-02-06 в 18:55 

4ерти
Everything I am
Ой, как здорово, что ты его выложила! :ura: С удовольствием перечитаю!

2011-02-07 в 10:25 

Precisely!
Вот который раз уже перечитываю и всё так же хорошо!
Безнадёжно влюбленный Шеп - эт канешно :inlove:
причём я буду говорить, а ты – слушать - :lol: тру МакКей!
П.С. А еще после этого фика моим любимым гетным пейрингом стали Радек с Элизабет. :heart:

2011-02-07 в 15:58 

Асмея
Самое ценное, чему научила меня жизнь: ни о чем не сожалеть/Ин лакеш
Molly_Malone
:-D ОТР наше всё, спасибо за отзыв:heart:

   

Город на краю Океана

главная