00:02 

Situation normal, all fucked up

Molly_Malone
Precisely!
Название: Situation normal, all fucked up
Автор: sardonicsmiley
Переводчик: Molly_Malone
Бета: Сам себе граммар-наци
Рейтинг: PG-13
Пейринг: Шеппард/МакКей
Отказ: Don't own, don't know, don't ask, don't tell.
Саммари: Когда Шеппарда похищают, в очередной раз, похитители отправляют через Врата очень неприятное послание. МакКей плохо на него реагирует.
Разрешение на перевод: получено.
Примечания автора: Я тут подумал, в фиках всегда Джону выпадает быть жестоким убийцей, когда Родни угрожают/подвергают пыткам/убивают. Это не честно. Совсем. А я обеими руками за перемену ролей…


Всё идет, в основном, как обычно при переговорах по освобождению заложников с неизвестной, вероятно враждебной стороной, когда вышеупомянутая неизвестная и вероятно враждебная сторона бросает сквозь врата маленькую коричневую коробочку. Лорн смотрит, как МакКей поднимает ее, вертит разок в руках и, пожав плечами, открывает.
Джон Шеппард отсутствовал уже почти ровно двенадцать часов, к моменту когда МакКей открыл коробку. Город представлял собой смесь непрекращающейся паники, бешеного составления планов и совещаний в офисе доктора Вейр, которые обычно заканчивались тем, что Родни бросался оскорблениями, а Элизабет уверяла всех, что ей уже почти удалось уговорить их на обмен и все, что ей надо – это объяснить им, что им не нужны управляемые снаряды Атлантиды.
Сейчас очень тихо и Лорн не понимает, как это произошло. Ведь МакКей не издал ни звука. Он просто смотрит на коробку в руках и выражение его лица бессмысленно, что очень странно. А город затаил дыхание вместе со всеми своими обитателями. Лорн чувствует, как и его собственные легкие горят от давления.
Когда все еще неестественно тихий МакКей разворачивается и поднимается по лестнице в офис Вейр, Лорн неотрывно следует за ним. Он держит палец на спусковом крючке Р-90 и сам не знает, почему чувствует, как по загривку бежит холодок, как во рту появляется вкус меди и железа.
Вейр вздрагивает, когда Родни заходит в комнату, Лорн следует за ним по пятам. На мгновение все, что ему видно – ее удивленно распахнутые глаза, она начинает: «Родни, у меня больше нет…»
Ее голос обрывается как прерванная запись, когда МакКей нежно, почти благоговейно, ставит коробочку на ее стол. Лорн все также не может увидеть ее содержимое, Родни закрывает ее собой, но он улавливает резкий соленый запах, от которого крутит живот. Он рассеяно проверяет, что его оружие снято с предохранителя, хотя так не должно быть.
Голос Родни спокойный и ровный, такой же отстраненный, как и выражение его лица: «Дай им то, что они хотят».
Лорн не видит, что находится в коробке, но Вейр, похоже, видит. Она бледна как призрак, ее взгляд прикован к коробке, губы сжаты, а руки, сложенные на столе, подрагивают. В каком-то дальнем углу мозга он отмечает, что впечатлен тем, что ее голос не дрогнул на словах: «Ты знаешь, что я не могу это сделать».
Он ожидает, что МакКей будет спорить, закатит одну из своих обычных истерик, как каждый раз, когда она отказывается отдавать их оружие в обмен на безопасное возвращение Шеппарда. Но МакКей не говорит ни слова, просто стоит без движения какое-то время, а потом резко разворачивается и выходит из комнаты. Лорн уловил, как что-то холодное и жестокое промелькнуло в его лице перед уходом. Что-то твердое и острое и безжалостное, как нож.
В волнении облизнув губы, он оборачивается к Вейр, она отвернулась от стола и обхватила голову руками. Ноги сами несут его вперед, как лунатика, медленно и тихо, он опускает взгляд на ее стол и чувствует, как внутри что-то вздрагивает и хочет отвернуться.
Там в коробке лежит палец. Ему кажется, что это указательный.
А поверх всего этого ужаса – клочок бумаги в красно-коричневых пятнах крови. Лорн едва может разобрать резкие неровные буквы под красными пятнами, черные на белоснежной бумаге как смертный грех.
Там написано: один за каждый час.

МакКей обнаруживается в лаборатории, он двигается быстро и решительно, брови нахмурены, губы плотно сжаты. Он печатает одновременно на четырех компьютерах, пальцы двигаются так быстро, что глаз не успевает за ними, иногда он останавливается и запихивает что-то в свой рюкзак.
Лорну не зачем спрашивать, что он делает. Он говорит: «Я отправлю с тобой команду морпехов».
МакКей даже не взглянув на него, захлопывает один из ноутбуков и отпихивает его в сторону. Он бросает сухое: «Нет». Лорн не предлагал, но возражение настолько явное и жесткое, что он знает, что он не станет. МакКей ему не позволит.
Все же он еще раз пытается: «Знаешь, мы все хотим, чтобы он вернулся и мы над этим работаем, позволь мне…»
И тогда МакКей смотрит на него, и лучше бы он не смотрел. Он думал, что в глазах МакКея он не увидит того человека, которого узнал за прошедшие несколько месяцев. Он думал, что может это будет оцепенелый взгляд лунатика или невменяемого.
Но это не так. Это Родни, и почему-то это пугает больше всего. Это голос Родни, с легким оттенком раздражения: «Нет. Уходи».
И он уходит, потому что не знает, что еще сделать. Потому что он там не нужен, не сейчас, сейчас он только мешается под ногами. Он возвращается в зал Врат, обратно в кабинет Вейр, ужасное послание все еще на ее столе, пятно крови расплывается на картоне и бумагах под ним. Он смотрит на него и чувствует, как секунды превращаются в минуты и утекают от них.
Когда Врата включаются сами по себе, Лорн знает, что именно произойдет еще до того, как какой-то техник крикнул: «Это доктор МакКей, он взломал систему, я не могу…»
Позже он думает, что было бы разумнее, если бы МакКей бежал к открытым Вратам. Тогда ему было бы легче отдать приказ остановить его. Не пропустить его сквозь горизонт.
Но МакКей не бежит. Он идет, медленно, целенаправленно и уверенно, в полевой форме, с рюкзаком и с ноутбуком под мышкой. И Лорн не отдает никаких приказов, он перехватывает взгляд одного из морпехов и медленно качает головой. Но в последнюю секунду он все же выкрикивает: «МакКей, возьми хотя бы пистолет».
Родни замирает за шаг до открытых Врат. Свет отбрасывает странные тени на его лицо, кожа становится серебристо-синей, гладкой и твердой как сталь. Он задумчиво склоняет голову и Лорн гадает, улыбается он или нет, когда говорит: «Мне он не нужен».
Врата закрывают за МакКеем, но Лорн почти уверен, что он заблокировал их, чтобы никто не мог пойти за ним. Через несколько минут после нескольких неудачных попыток набора вообще любого адреса, он понимает, что прав.

Отмеренный час истекает и время идет дальше, и нет никакого второго кровавого послания.

Он как раз думает, что застрявшие с торговой миссией на какой-то планете Тейла и Ронон должны быть просто вне себя от ярости, когда Врата снова оживают. У техников беспомощные лица и он кивает морпехам по периметру зала. Оружие берется наизготовку и он перехватывает поудобнее свой автомат, хотя у него есть догадки, кто пройдет через Врата.
Может быть именно потому, что он догадывается.
На мгновение, когда рябь пропадает и поверхность Врат разглаживается как спокойная вода, опускается полная тишина. Все бросают свою работу и ждут, уставившись на Врата, Вейр встает из кресла, вцепившись в край стола.
Когда Родни МакКей проходит сквозь Врата, каждый присутствующий в зале неотрывно смотрит на него. Чертыхнувшись неожиданно громко в стоящей тишине, Лорн бежит к Вратам, перескакивая через ступеньки. Морпехи из окружения тоже начинают подтягиваться ближе, опуская оружие, их лица скованы напряжением.
Потому что МакКей несёт Шеппарда. Лорн уверен, что в любой другой ситуации это было бы просто смешно, но не сейчас. Долговязое тело полковника смотрится неловко в руках МакКея, ноги и рука безвольно болтаются. Лорн даже не уверен, как МакКей ухитряется его удерживать, но все же, с необычно спокойным выражением лица он держит на руках обмякшего, потерявшего сознание человека.
Лорн молит бога, чтобы Шеппард был просто без сознания.
Первый морпех подходит к ним, протягивает руку, чтобы поддержать МакКея или перехватить Шеппарда, но вдруг замирает на полпути. Родни пристально смотрит на него и Лорн не знает, что в его взгляде остановило солдата, но он почти чувствует леденящий холод между ними.
Родни делает шаг вперед, еще один, Лорн видит, как при каждом движении напрягаются его плечи и ноги. Его компьютера нет, рюкзака тоже, от него так сильно разит дымом и электричеством, что волна запаха заставляет Лорна отшатнуться на шаг назад, когда МакКей медленно в полной тишине проходит мимо него в сторону медотсека.
Голос Элизабет почти нестерпимо громкий: «Родни, что – »
Но МакКей даже не замедлил шаг. Двери открылись и закрылись вслед за ним, Лорн обернулся к Элизабет, склонившейся над поручнями балкона. Бледность все еще не ушла с ее лица, но необъяснимым образом она выглядит явно живее, чем раньше. Она встретила его взгляд и он не мог бы сказать, отражение сияния Врат было причиной того, что ее глаза блестели, или непролитые слезы.
«Возьмите команду, выясните … выясните, что произошло», – сказала она.
Ему дважды повторять не надо.

Ему случалось видеть ужасные вещи. Он видел, как люди умирали с оторванными конечностями и с месивом из шрапнели вместо внутренностей. Видел, женщин разрезанных на части, видел двенадцатилетнего пацана, у которого посреди лба была дырка от пули, вылетевшей из его оружия, потому, что надо было либо стрелять в пацана, либо смотреть, как погибают его люди. А тут выбирать не из чего.
Это будет еще один сюжет для кошмаров, которые ему когда-нибудь приснятся. Может он проснется от них лежа в кровати рядом с красивой женой, может вспомнит, когда будет укладывать своих детей спать. Такое воспоминания как это, он хранит в самом дальнем углу памяти, так далеко, что можно притвориться, что никогда такого и не видел, по крайней мере, на какое-то время.
Он не знает, что МакКей сделал с ними, с теми, кто забрал Шеппарда. В воздухе пахнет пожаром и палеными волосами, большинство тел – это просто черные обугленные силуэты. Немногие живые катались по полу от боли, все в саже и собственной крови, умоляя о последней милости. О смерти.
И это только в коридорах.
В комнатах тела громоздились друг на друга, их лица были распухшими и красными, глаза на выкате. У некоторых из угла рта текла кровь, у других были кровавые следы от собственных ногтей на щеках, как и на стенах и дверях.
В одной из дальних комнат они находят ноутбук МакКея, подключенный к какому-то терминалу сбора данных. На нем все еще бегут строки кода, пляшут по экрану в дьявольском танце, они ничего не означают для Лорна, просто случайные цифры и символы. Но он уверен, что другие смогут их понять, что Зеленка или Каванах или еще кто-нибудь из местных гениев смог бы выяснить, что МакКей сделал с этими обгоревшими людьми с огромными глазами и ртами в крови.
После автоматной очереди ноутбук превращается в месиво из металла и искр. Он ведет свою команду обратно домой.

Ему нравится Вейр. Особенно когда первое, что она говорит после того, как он прошел через Врата, это: «Он в порядке. Карсон говорит, что у него все будет в порядке».
Кажется, она действительно хорошая женщина, и она проделала впечатляющую работу по управлению городом в обстоятельствах, хуже которых представить очень сложно. Но она гражданский человек и он нутром чует, что есть вещи, которые просто нельзя перекладывать на тех, кто не видит всю эту кровавую бойню.
Когда она встречала его у Врат, ногти на ее сложенных на груди руках полумесяцами впивались в мягкую кожу предплечий, Лорн уже знает, что сказать ей. Ему кажется, что она старается улыбнуться, но улыбка не доходит до ее глаз и все это выглядит просто мучительно. И все же ее голос звучит уверенно, когда она произносит: «Какова ситуация, майор?»
«Не думаю, что мы сможем установить с ними торговые отношения в ближайшее время, мэм». Один из морпехов позади фыркнул и его сразу кто-то ткнул локтем в бок, Лорн изображает свою самую живую и открытую улыбку. Ему гораздо легче, когда она улыбается в ответ, на этот раз гораздо естественней, и уже с гораздо более сдержанным видом он продолжает: «Если честно, я считаю, нам стоит заблокировать адрес их Врат на какое-то время. Они здорово расстроены».
Она кивает, улыбка пропала, как будто ее и не было, и задумчиво машет рукой в направлении контрольного зала, уже на полпути к лестнице. Он надеется, что адрес заблокируют немедленно и поднимается по ступенькам, чтобы удостовериться в этом.
Когда-нибудь, они смогут вернуться. В смерти этих людей можно будет обвинить рейфов, конечно после того, как пройдет достаточно времени, чтобы тела разложились. Хотя, если все будет так, как он задумал, им не придется возвращаться.
Он понимает, что есть вещи, которые ты просто обязан сделать. Он понимает, почему МакКей сделал то, что сделал, и не винит его в этом, и не важно, что изувеченные тела будут преследовать его в кошмарах долгие годы. И еще он понимает, что иногда такие вещи нужно выбросить из головы, просто чтобы не сойти с ума.
Он надеется, что душевное здоровье МакКея не слишком пострадало.


Позже он решает зайти в медотсек, потому что самостоятельно заснуть ему сегодня вряд ли удастся, а Бекетт никогда не жадничал с таблетками. Негромкие звуки тихого усталого голоса останавливают его перед дверью, задержав дыхание, он без зазрения совести подслушивает.
Это МакКей, его голос все еще непривычно тусклый и невыразительный: «Там было написано, один за каждый час, Джон. И там был палец. Я думал – а Элизабет не отдала бы им снаряды и я подумал, что …. Мы не смогли бы тебя вытащить за десять часов. И я не мог перестать думать, что же они будут отрезать после пальцев, мне казалось, они вот-вот отправят нам твою кисть, руку и я – »
«Эй, эй. Ш-ш-ш.»
Голос Шеппарда непривычно резкий и хриплый, как будто он спал или кричал или и то, и другое. Лорн слышит мягкое шуршание ткани и гадает, кто же из них движется. «Все в порядке, Родни. Все хорошо, видишь? У меня все пальцы на месте. Они просто накачали меня наркотиками, ты же слышал Карсона, вот и все».
Слышен еще звук, икание или всхлип, и голос Шеппарда полон заботы: «Господи, Родни. Эй, не надо, все в порядке». Тихий, едва слышный шепот. «Интересно, касаются ли они друг друга», – думает Лорн, – «знает ли Джон, что именно сделал Родни, был ли он в сознании и видел ли что-нибудь».
Голос МакКея насквозь пропитан отчаянием и обжигает эмоциями, когда он произносит: «Знаешь, как люди говорят, что они были настолько в ярости, что не знали, что делали? Я думал, что так и будет. Я думал – я думал, что это будет, как это называют, слепая ярость? Но было не так. Я знал. Я знал, что я делаю и все равно сделал это, я убил их, Джон, я всех их убил и – »
«Послушай!» – Шеппард перебивает МакКея, его голос такой низкий и взволнованный, что Лорну приходится напрячь слух, чтобы разобрать напряженный шепот. – «Если бы я думал, что кто-то планирует отрезать тебе пальцы по одному, то я сделал бы то же самое».
И только, когда МакКей смеется, тонко и отрывисто, как будто в изумлении, Лорн позволяет себе вздохнуть свободно. Потому что все хорошо. Все будет хорошо. МакКей гораздо выносливей, чем многие считают, его голос уже звучит уверенней, когда он говорит: «Давай не будем принижать мои достоинства! Ты бы и с пошаговой инструкцией не смог написать и половины моего кода, а я все это придумал за тридцать минут».
Слышно довольное «угу» Шеппарда.
«Серьезно, ты можешь себе представить, как безумно сложно написать программу для контроля системы, к которой ты ни разу не имел доступа. Будь на моем месте любой другой, ты бы так и – », – Родни оборвал себя на полуслове, но уже поздно, слова уже висят в воздухе, и Лорн знает, что это правда. Если бы не Родни, а любой другой человек вбил себе в голову вытащить Джона, Джон и сейчас был бы все еще там, возможно, мы бы действительно начали получать отрезанные части.
Тишина тянется несколько долгих мгновений, а затем он снова слышит приглушенный голос Джона: «Иди сюда, МакКей, у меня совершенно нет сил и я не хочу слушать утром твое нытье из-за больной спины и этого неудобного стула».
«Я – »
«Ну же, Родни».– Джон раздражен и устал, но чуть позже явно слышно довольное ворчание и скрип кровати, на которой устраивается второй человек. Лорн отступает от двери и выбрасывает все мысли о том, чтобы выспаться этой ночью.
Он устраивается напротив стены снаружи и запрокинув голову, позволяет своим мыслям течь спокойным потоком. Давно у него уже не было ночных дежурств, но есть вещи, которые надо охранять.

@темы: Джон Шеппард, Категория: преслэш, Переводы, Родни МакКей

Комментарии
2011-06-21 в 11:02 

bfcure
А потом он пол фильма ходил в килте и молчал. Потому что артхаус.
О, здорово - теперь и тут :)

2011-06-21 в 11:22 

Molly_Malone
Precisely!
Добралась до домашнего компа и выложила (не прошло и недели) :gigi:

   

Город на краю Океана

главная