16:24 

And All We Have - прода

Асмея
Самое ценное, чему научила меня жизнь: ни о чем не сожалеть/Ин лакеш
Название: And All We Have
Автор: seekergeek
Переводчик: Асмея
e–mail: пишите на u–мыло, договоримся.
Беты: Эгра, Hamaji
Категория: slash
Жанр: Drama/AU (без учета 4 и 5 сезонов).
Рейтинг: NC–17
Пара/Герои: Шеппард/МакКей
Предупреждения: упоминается суицид (никаких описаний, всего лишь упоминание!), римминг.
Разрешение на перевод: получено
Ссылка на оригинал: тут
Статус: закончен.
Отказ от прав: Ни автор, ни переводчик материальной выгоды из произведения не извлекают.
Описание: Орай уничтожили Землю, Атлантис встал перед выбором: научиться выживать в галактике Пегас или погибнуть…
Размер: 29, 302 слова.
Начало
***
Ночью, лёжа в новой кровати и довольно улыбаясь, Тейла пыталась заснуть. Ронон принёс хорошие вести. Она была рада обрести в лице Зеленки ещё одного союзника. Уже завербованные лантийцы были отличным подспорьем в исполнении плана, но ей приходилось выдавать им информацию строго дозированными порциями. Нельзя было допустить, чтобы доктор Вейр заподозрила неладное. Несмотря на то, что к таким играм Тейла привыкла, исполняя обязанности переговорщика, ей было неловко плести подобные интриги среди друзей. Радек станет хорошим дополнением к их маленькой компании, состоящей из майора Лорна и доктора Колквит. Они уже поняли, что Тейла, как уроженка Пегаса, ориентируется в этом мире гораздо лучше, чем кто–либо из лантийцев.
Повернувшись на бок, она посмотрела на спящего Ронона. Как она и ожидала, доктор Вейр воспротивилась идее расселения, несмотря даже на то, что подавляющее большинство глав отделов были за. Если бы с таким предложением к Элизабет пришла непосредственно Тейла, её даже слушать не стали бы, и в результате лантийцы до сих пор предавались бы горю в холодном одиночестве. Как заметила Тейла, все эти годы годы Элизабет соглашалась с планами исключительно собратьев–землян. Нетрудно было догадаться, что из этого порой выходило. Эксперимент с Майклом – яркий тому пример.
Тейла вздохнула. Временами лантийцы не видели дальше собственного носа. А доктор Вейр отличалась ещё и несгибаемым упрямством. Для лидера неумение идти на компромиссы было качеством резко отрицательным. В случае с Элизабет нежелание признаться в том, что она далеко не эксперт в интригах и хитросплетениях этой галактики, вообще отдавало безумием. Если лантийцы под её руководством продолжат гнуть свою линию, то неминуемо наломают дров. Тейла перевернулась на другой бок.
– Не спится? – открыв глаза, проворчал Ронон.
– Извини, что разбудила, – пробормотала она. – Задумалась…
– О чём? – подперев голову кулаком, не отставал Ронон.
Тейла криво улыбнулась.
– Да так… Жалею о том, что не могу внушить свои мысли окружающим.
Декс согласно хмыкнул и поправил сползшее на пол одеяло.
– Удача тебе не помешала бы. Как думаешь, Шеппард ещё долго будет тормозить?
Тейла лениво пожала плечами.
– Сдаётся мне, соплеменники Джона живут по строгим правилам. Тяжело, наверное, было расти среди стольких табу. Думаю, ему постоянно приходилось наступать на горло собственной песне. На реабилитацию потребуется немало времени, Ронон.
– Его чувства к МакКею так очевидны, что даже его подчиненные это заметили. Парни шепчутся об этом, несмотря на их дурацкие правила. И никто не возражает, даже соотечественники Шеппарда. Наоборот, все делают ставки, народ гадает, насколько его хватит, а этот идиот ничего не замечает, – раздраженно закончил Ронон.
– Вот поэтому мы и поселили их вместе. Надеюсь, что совместное проживание сдвинет дело с мёртвой точки.
– Мечтай! МакКей в жизни не признается, что ревнует Шеппарда к каждому столбу. А тот до конца света будет делать вид, что его не интересует ничего, кроме полётов на джампере.
– Согласна. Но физическая близость ломает многие барьеры.
– Если ближайшие пару месяцев ничего не изменится, я не выпущу их из комнаты до тех пор, пока они не трахнутся, – предупредил Ронон. – Мне надоел их идиотизм.
– Благословляю! Особенно если удержишь Родни от побега.
– Удержу, – уверенно пообещал Ронон. – С планами на будущее разобрались, давай спать?
Тейла улыбнулась: странно было слышать от Ронона про планы на будущее.
– Да, спокойной ночи.
Не прошло минуты, как Декс захрапел; вскоре заснула и Тейла.
***
Джон сверлил взглядом потолок. Кажется, он попал в свой персональный ад. Он посмотрел на посапывающего на соседней кровати Родни. Дыхание МакКея было немного свистящим, и Джон прекрасно знал почему. Смерть доктора Симпсон стало для Родни тяжёлым ударом.
Шеппард беспокойно заворочался. Он хотел быть где угодно, только не здесь, не в этой комнате, не рядом с Родни, потому что уснуть в подобных условиях не представлялось возможным. Спасибо Тейле! Она даже Ронона перетянула на свою сторону. Настроение Джона совсем испортилось.
На соседней кровати застонали. Родни хмурился и сжимал в кулаке край одеяла. Постепенно его дыхание стало хриплым и рваным. Джон тихонько встал и подошёл к его постели. Присев на корточки, он осторожно погладил Родни по спине.
– Спокойно, приятель, спокойно, – шептал Джон, массируя спину МакКея невесомыми круговыми движениями. – Всё в порядке, это просто сон.
Родни что–то невнятно простонал, дёрнулся и затих.
– Я здесь, с тобой, всё хорошо, – Джон положил другую руку ему на плечо. – Всё, спи.
Остаток ночи МакКей проспал, как убитый. Джон просидел рядом с ним ровно до тех пор, пока не убедился, что с ним действительно всё нормально.
– Ради меня, пусть тебе приснится что–нибудь хорошее, – напоследок прошептал Шеппард. Завернувшись в одеяло, он надеялся, что больше никаких кошмаров Родни не увидит. По крайней мере, не этой ночью.
Поправив подушку, Джон постарался расслабиться. Денёк выдался напряженный, и он пропустил разминку. А жаль, размяться не помешало бы. Джон тоскливо покосился на спящего Родни. Да-а-а-а, встрял он по крупному. Раньше, когда такое происходило, Шеппард спасался в холодном одиночестве своей комнаты. Теперь у него не было даже этого. Впрочем, в галактике Пегас ничто и никогда не происходит так, как этого хочется...
Надо уснуть, иначе завтра после совещания Хейтмейер лично отконвоирует его в свой кабинет. Джон страдальчески вздохнул и перевернулся на бок. Всё было бы в шоколаде, если бы его соседом оказался кто–нибудь другой. Плохо было всем, так что идея объединиться вполне оправдана. Просто ему… пора забыть о своих желаниях, лучше подумать о том, как вести себя дальше.
МакКей что–то невнятно промычал и снова затих.
– Вот и я о том, – согласился с ним Шеппард, закрыв глаза.
Кажется, пришло время считать овец.
***
Утром Родни обнаружился в гостиной на диване с чашкой кофе в руках. Точнее, не совсем кофе. Этот карамельного вида напиток с тонким привкусом шоколада имел все замечательные свойства кофе, главное – он придавал бодрость, но, в отличие от его собрата, от этого напитка не поднималось давление и после него не тряслись руки. По вечерам Родни его не пил, ночью ему хотелось спать. Зато утром – одно удовольствие. В напряженные студенческие годы он бы отдал за это чудо всё, что угодно.
МакКей оглядел команду. Стоявший посреди гостиной с полным ртом атозианского хлеба Ронон был до отвращения бодр. Вспоминая руины Сатеды, учёный был вынужден признать, что Декс вовсе не такой уж варвар, каким кажется на первый взгляд. Да, и то, как парень пил, поминая свой родной мир… Не удивительно, что у него такой аппетит.
В углу комнаты примостилась Тейла. Допив крепкий чай, девушка занималась йогой. Родни взял с лежащей на его коленях тарелки кусок хлеба. Нежная сладкая выпечка со вкусом лесных орехов и каких–то фруктов – лучше завтрака и не придумать.
Он перевел взгляд на Джона. Шеппард сидел за столом с таким видом, что краше в гроб кладут. Под глазами синяки, в руках чашка кофе, перед носом нетронутый ломоть хлеба.Судя по всему, подполковник в эту ночь вообще не сомкнул глаз. Разве что не зевает.
– Господи, подполковник! Иди спать! – раздражённо бросил Родни. – Ты похож на ходячую смерть!
Его голос резанул Джона по ушам.
– Обязательно так орать? – проворчал он, вытирая со стола пролитый от неожиданности кофе.
– Даже не начинал. Просто пытаюсь тебя разбудить, – закатив глаза, отмахнулся МакКей. Даже совершенно не выспавшийся Шеппард всё равно был ужасно привлекательным. Сволочь. – Нет, лучше возвращайся в постель. Толку от тебя сейчас…
– Между прочим, встать мне помогли, – Джон очень выразительно покосился на ухмыляющегося Декса.
Тот пожал плечами и отправил в рот очередную булочку.
– Прости, я думал, ты выспался.
Джон устало потёр глаза.
– Ладно, раз встал, то хоть поработаю.
– О да, ты сейчас много чего наработаешь… – саркастично хмыкнул Родни.
Если так пойдёт и дальше, к Шеппарду придётся приставлять няньку. И вообще, поведение подполковника напомнило Родни славные времена, когда они ходили на миссии. В поле Джон, как настоящий солдат, спал урывками. Сейчас происходило нечто похожее, только непонятно, почему…
Джон упрямо сжал губы.
– Наработаю, Родни. Защищать Атлантис и спасать тебя – разве это не мои ежедневные обязанности?
– Если город или я будем в тебе нуждаться, мы сообщим, – официальным тоном начал Родни. – Ты выглядишь хуже той несчастной белки, которую как–то притащил мой кот. Лучше иди спать.
Шеппард упрямо покачал головой и демонстративно уткнулся в чашку с кофе. МакКей махнул рукой.
– Тейла, скажи нашему несгибаемому лидеру, чтобы он шёл спать!
– Джон, иди спать, – послушно повторила та, не отрываясь от растяжки.
Шеппард удивленно моргнул, а Родни покосился на девушку с нехорошим подозрением.
Она его дразнит?
Тейла вовремя поймала его взгляд.
– Не шучу, – вставая с пола, произнесла она и повернулась к Джону, который вцепился в свою чашку так, словно у него пытались её отобрать. – Джон, Родни прав. С городом ничего не случится, если ты немного вздремнёшь. Я лично сообщу доктору Келлер и Элизабет, что ты берешь отгул. Как и Родни.
– Что? – МакКей был удивлён не на шутку. – А причем здесь я? У меня работы непочатый край! – какой, к чёрту, выходной?
– Эй! – Джон сразу проснулся и теперь тоже был готов отстаивать свои права. – Со мной всё в порядке.
Тейла наградила их лучшим укоризненным взглядом из своего арсенала.
– Родни, в связи со вчерашними событиями доктор Келлер отправила тебя в принудительный отпуск. А ты, Джон Шеппард, лучше делай, как тебе говорят! Город в безопасности, не происходит ничего критического, что требовало бы твоего внимания, так что отдыхай! Иначе я попрошу Ронона привязать тебя к кровати.
Декс в ответ многообещающе ухмыльнулся. Родни, сообразив, что спорить бесполезно, обреченно прикрыл глаза, потом открыл их и перевёл взгляд на подполковника. Они смотрели друг на друга с одинаковым недоумением. Горячность Тейлы удивила обоих.
– Джон, – девушка выразительно вскинула бровь.
Шеппард поджал губы и, прежде чем встать, бросил на Родни полный ярости взгляд. МакКей подумал, что, будь они на Земле, не обошлось бы без хлопанья дверьми.
– Ну, спасибо! – простонал он, откинувшись на спинку. – Вот за что мне это? Мне работать надо! Например, МНТ подзарядить, чтобы удержать Атлантис на плаву…
– А ещё помянуть умершую коллегу, – добавила Тейла, усаживаясь рядом.
Родни, прикрыв лицо руками, попытался проглотить образовавшийся в горле ком. Вернув на место пошатнувшийся самоконтроль, он повернулся к Тейле.
– Я предпочитаю работать. Так лучше. Справиться с этим…
– Родни, в том, чтобы оплакать подчиненного, с которым проработал бок о бок долгое время, нет ничего плохого.
– Мне вчера хватило. Чуть не задохнулся, – сухо признался тот. – Тейла, ты же всё видела, я как раз пытался прочитать её досье… Ты мне тогда ещё платок протянула.
На диван присел Ронон.
– Хочешь, я принесу тебе из лаборатории ноутбук, поработаешь у себя?
– Не смею отрывать тебя от избиения морпехов. Лучше пустите меня в лабораторию, а?
Декс был непреклонен.
– Увы. Тейла сказала – выходной, значит, выходной. Но компьютер тебе я всё–таки принесу.
– Не возражаю, – кивнула Тейла. – Только будь здесь и сними наушник.
Родни понял, что лучше капитулировать.
– Хорошо. Заодно поучусь уворачиваться от мячика подполковника, пока вы не принесете мне ноутбук.
Ронон фыркнул и пружинисто встал.
– Одна нога здесь, другая там, – сказал он и выскочил за дверь.
– Позер, – проворчал Родни. Повернувшись к Тейле, он не удержался и спросил: – Кто назначил тебя дежурной мамочкой?
Тейла улыбнулась и потрепала его по коленке.
– Пойду поговорю с доктором Келлер и Элизабет.
Родни устало откинулся на спинку дивана. Его команда – это что–то! Ронон ведет себя, как типичный старший брат. Тейла взяла на себя роль заботливой мамочки, а Джон… Джон вёл себя не пойми как, а в последнее время совсем странно. Подполковник плохо спит, вопрос только, из–за чего?
Родни лениво допил остатки кофе; в голову упорно лезли мысли, подкинутые Тейлой. Она активно тыкала его носом в то, что он бесится каждый раз, когда какая–нибудь красотка кладет на Шеппарда глаз. То, что подполковник – местный аналог Казановы, – не новость. И было бы странно, если бы женщины стали обходить его стороной. Непонятно, почему это задевает его, и не просто задевает, а заставляет вести себя самым неприглядным для друга образом. Черт!
В гостиную забежала Тейла, схватила с тарелки булочку и ловко закинула на плечо сумку.
– Так, я на занятия, – она мельком взглянула на Родни. – Тебе ничего не надо?
Родни одарил её ледяным взглядом.
– Буду рад получить разрешение вернуться на работу!
Тейла улыбнулась, но решительно покачала головой.
– Проведи это время с пользой, подумай… Разберешься в себе – поймешь, что происходит с Джоном.
– Всё, всё, уговорила, – попытка отмахнуться не прокатила, Тейла лишь укоризненно свела брови. – Нет, я правда тебя понял! Обещаю подумать, почему временами я веду себя, как урод, и причем здесь депрессия Шеппарда. Да, мамочка? С домашкой разобрались, всё?
Тейла фыркнула.
– Ловлю на слове.
Поставив на стол уже пустую чашку, Родни нахмурился.
– Круто. Мало того, что заперли в берлоге, так ещё и домашки навалили…
***
Несколько часов спустя Родни пытался разобраться в данных таблицы, которую развернул на весь экран. Ронон, как и обещал, принёс ему ноутбук. Таблица представляла собой даты, по которым полковник в своё время имел честь проявлять свою кирковскую натуру. Данные пересекались с его, Родни, вспышками плохого настроения. Очень плохого настроения. Через пятнадцать минут МакКей пришел к неутешительному выводу: в последний раз так по–свински он себя вёл в колледже, когда ревновал соседа по комнате, Дэвида. Кроме того, подобные вспышки бывали, когда Уильям, ещё один сосед по общежитию, притаскивал своих однодневок. Их стоны и скрип кровати были слышны даже через стену. Да, и когда Пол, коллега, сообщил, что идёт на свидание со своей новой пассией, Родни тоже расстроился. Шеппард стал в этой картине последним недостающим фрагментом, но в целом картина оставалась непонятной…
МакКей флегматично пялился на экран. Неужели он так реагирует на каждого знакомого мужчину? Вроде нет. Ему было плевать, с кем встречается Карсон, пока тот держится подальше от доктора Скотт. И упаси его Бог от подробностей личной жизни Радека! На коллег по Зоне 51, которые в большинстве своем были мужчинами, ему было абсолютно плевать. В общем, бесился он исключительно по поводу четверых: Дэвид, Уильям, Пол и Шеппард. Открыв чистый документ, Родни напечатал все имеющиеся данные на каждого из них и на всякий случай добавил в список пятерых мужчин, к которым был совершенно равнодушен. А потом попытался прочитать, что получилось. Результат выходил интересным.
Все те, кого он ревновал, были немного лохматыми, красивыми, неглупыми, хорошо к нему относящимися людьми. К сожалению, Родни никак не мог уловить тот недостающий кусочек паззла, который, тем не менее, точно был. Он вздохнул, потянулся и подумал, а не зря ли себя мучает? Может, если не гнаться за этой головоломкой, она решится сама собой? Взяв кружку со столика, он хотел было прошмыгнуть на кухню, но что–то удержало его в дверях спальни. Родни переминался с ноги на ногу. Будить Джона не хотелось, но в спальне лежал его iPod. Родни решил, что если не шуметь, то он доберется до него и не разбудит Шеппарда.
Джон спал, свернувшись клубком. МакКей подошел поближе. Подполковник что–то бормотал и выглядел при этом жутко несчастным. Учёный с трудом подавил желание наклониться, чтобы поправить сползшее на пол одеяло. Очень уж не хотелось иметь дело с не до конца проснувшимся воякой, который спросонья может и врезать, не специально, а исключительно рефлекторно. Тейла на одной миссии попыталась разбудить их горе–варвара. Зря. С тех пор в поле Родни старался делить палатку с кем угодно, но только не с ним.
Пройдя в глубь спальни, Родни вытащил iPod и начал искать какую–нибудь расслабляющую мелодию. От столь занимательного занятия его отвлёк стон подполковника.
– Шеппард, успокойся. Не знаю, в чем суть проблемы, но я уже её решил. И как всегда спас день. Так что спокойно возвращайся к своим мокрым снам…
Джон перестал метаться, зато стонать стал гораздо жалобнее. МакКей вздохнул. У Джинни тоже бывали кошмары. Интересно, а полковник всегда так плохо спит, когда они в городе? На миссиях вроде всё нормально, по крайней мере, Родни ни разу не просыпался, когда они делили палатку.
– Боже, Джон… Думай о котятках, о Джонни Кэше. Ты сидишь на колесе обозрения, ты счастлив. Не надо расстраиваться.
Его жизнь превратится в ад, если у Шеппарда не прекратятся кошмары, потому что у такого человека, как подполковник, и демоны наверняка особенные. Родни скорчил скорбную мину; он и сам редко спал спокойно. Вчерашняя ночь была одной из таких. Даже странно… Впрочем, неважно.
Главное, что Джон, кажется, успокоился.
– Вот так, представь, что ты в луна–парке, а рядом любовь всей твоей жизни… Или как там выглядит твой персональный рай?
Успокоив Шеппарда, МакКей вернулся к музыке. На соседней кровати снова послышалась какая–то возня. Джон более–менее успокоился и теперь выглядел по–настоящему расслабленным. Хороший сон – вот и всё, что ему действительно требовалось. Небось представляет себя в парке, мчащимся на скейте.
Настроение отчего–то скатилось ниже плинтуса. Родни бросил iPod на кровать и уткнулся лицом в ладони. Взгляд непроизвольно зацепился за обнаженные ноги Джона. Несмотря на кажущуюся худобу, дистрофиком подполковник не был. Взгляд Родни скользнул выше: живот спящего опускался и поднимался с одинаковой частотой. Шеппард дышал ровно, и это было хорошо. В последнее время Джон и действительно плохо спал.
МакКей вернулся в гостиную. Ему нужно было подумать, а делать это рядом с объектом этих мыслей не получалось. У него есть задача – разобраться, какое отношение его ревность имеет к кирковской натуре подполковника. В крайнем случае можно было вернуться к работе и попытаться разработать план по сохранению энергии. Вопрос Тейлы мог и подождать, иначе, если он зациклится на нем сейчас, то ни на что другое будет не годен. В конце концов, проблема вроде бы не ключевая, а значит, её можно отложить.
***
По пути в гимнастический зал майор Лорн столкнулся с доктором Зеленкой.
– Привет, док! Как вам удалось удрать из лаборатории?
Радек поправил очки и улыбнулся.
– Доктор Хейтмейер настояла, чтобы все ученые взяли выходные. Я бы ушел раньше, но эксперимент не позволил… – сняв очки, Радек устало потер переносицу. – Лаборатории сейчас навевают не самые приятные воспоминания.
Эван сочувственно похлопал его по плечу.
– Да уж, примите мои соболезнования.
– Спасибо, майор. Для нас это стало настоящим ударом, – Зеленка посмотрел на Лорна. – И, кстати, зовите меня Радеком, – вернув очки на место, он пояснил: – Кейт сказала, что стоит опустить формальные обращения, так будет лучше для всех. К тому же мы оба помогаем Тейле.
– В таком случае, я Эван.
Зеленка склонил голову на бок.
– Договорились.
Уже в зале, сидя на скамейке, Эван жестом предложил Радеку сесть рядом.
– Тейла скоро подойдёт.
Присоединившись к Лорну, Зеленка посмотрел на собеседника.
– Значит, Тейла?
Майор пожал плечами.
– Здравый смысл. Мы пришлые. У нас практически нулевой опыт. Помощь нужна в любом случае, – он улыбнулся. – И без обид, технология – еще не залог успешного выживания.
Радек фыркнул.
– Как и огневая мощь.
– Да, и это тоже, – в глазах Эвана светилось любопытство. – Теперь ваша очередь.
– Она правда хочет помочь. Из кожи вон лезет, чтобы сделать хоть что–то. Думаю, что наша помощь не будет лишней, – взгляд Радека потускнел. – Элизабет – хорошая женщина, но для галактики Пегас у нее слишком много американского высокомерия. Впрочем, она не виновата, что её так воспитали. Я надеюсь, что мое участие поможет Тейле и в этом вопросе.
Эван ответил таким же тоскливым взглядом.
– Ты тоже думаешь, что доктор Вейр не справится? Даже несмотря на весь свой богатый дипломатический опыт?
– На Земле все было бы иначе. Но Атлантис – не Земля и вести себя нужно по–другому. Тут Элизабет не в своей тарелке, – Радек невесело хмыкнул. – Как и все мы. Только она лидер и ответственность у нее другого уровня. Хочет она того или нет, но она – номинально – правитель Атлантиса. С нее и спрос больше.
Лорн прикусил губу.
– Я об этом как–то не думал, но ты прав. Оспорить ее власть могут только МакКей или Шеппард.
В зал вошла Тейла, и мужчины поспешили встать.
– Эван, Радек, – девушка кивнула. – Спасибо, что дождались.
– Желание женщины – закон, – склонив голову, улыбнулся Эван. – Ты хотела что–то обсудить?
– Да, не без этого, – Тейла жестом предложила сесть прямо на циновки.
Когда все расселись, она сразу приступила к делу.
– Не буду ходить вокруг да около. Скажу, как есть. Хотите выжить – придётся принять наши правила, – выражение лица Тейлы было сосредоточенным и даже немного жестким. – Во–первых, чтобы не развалиться морально, придется образовать семейные группы.
– Я согласен с тем, что семья – лучшее лекарство от депрессий, но здесь с этим туго, – Радек даже не думал шутить. – Что предлагаешь?
– Количество романов среди членов экспедиции удручающе невелико. Женщин на всех всё равно не хватит, они в меньшинстве. Я о том, что переженить всех и вся не получится, как не старайся, – внес свою лепту Эван.
Тейла нетерпеливо покачала головой.
– Я не договорила. Ваши представления о семье слишком хрупки для нашей галактики. То, что я предлагаю, больше напоминает ваши… Ммм... кланы, кажется… Если я ничего не путаю, конечно.
– Ты о коммунах? – Лорн спрятал лицо в ладони. – Боже, поверить в это не могу.
Тейла посмотрела на него с жалостью.
– Если у тебя с этим проблемы, заранее сочувствую. Но для вас это единственный шанс. Сам же говорил, что готов к компромиссам. А как пришло время – в кусты?
Эван нервно хихикнул и поднял голову.
– Нет–нет, ты неправильно меня поняла! – он потер шею. – Я вырос в подобной семье. Моя мама была хиппи. Когда я вступил в вооруженные силы, то думал, что оставил этот период далеко позади, – Эван не удержался и снова хихикнул.
Радек нерешительно потрепал его по плечу.
– Тогда извини! Я не ожидала, что у кого–то из вас есть опыт.
Майор вытер заслезившиеся от смеха глаза.
– Не бери в голову. Я никого не хотел смущать. Просто…
– Мы все скорбим о Земле, Эван, так что всё нормально, – попытался успокоить его Радек. – Моя семья была большой и дружной, а я оказался отщепенцем и первым пустился в свободно плавание. Мне казалось, что семья меня душит, – он пожал плечами. – Сейчас я бы отдал все, чтобы вернуть её назад.
Они немного помолчали. Первым встряхнулся Эван.
– Спасибо.
– Не за что, – искренне ответил Радек.
Тейла ободряюще улыбнулась.
– Значит, с этим вопросом мы определились, уже хорошо.
Мужчины, не сговариваясь, кивнули и даже попытались улыбнуться. Тейла замялась, пытаясь подобрать слова.
– Как по–вашему, кто станет артачиться, учитывая, что детей можно заводить по старинке, но семьи расширять все–таки придется?
– Американцы. У них выраженный комплекс превосходства. Или по–нашему, или никак, – тут же откликнулся Радек. – Чуть меньше – канадцы, еще меньше – австралийцы и новозеландцы. С европейцами будет легче всего. А для азиатов это вообще в порядке вещей.
– Совершенно верно, – кивнул Эван. – Для большинства американцев институт семьи заканчивается вместе со школой. Канадцы где–то рядом, а насчет остальных не знаю. Не этнограф.
Тейла задумалась.
– Полагаю, ждать от них одобрения глупо?
– Со временем они примут всё. Главное сейчас – не перегнуть палку, – Эван помедлил. – Они просто будут самыми упертыми. Но если это грамотно преподнести, то нам удастся сэкономить время.
– Да, это будет наилучший выход. А ученые – логики, поэтому прагматичны.
– С военными проблем тоже не должно быть. В программу Звездных Врат специально набирали самых приспосабливаемых.
– А что будем делать с доктором Вейр? Она же у вас босс?
Мужчины неловко переглянулись: Тейла сейчас озвучила их недавние сомнения.
– Реально следует учитывать мнения подполковника Шеппарда и доктора МакКея. И, пожалуй, Хейтмейер.
– Я так и думала, – Тейла мягко улыбнулась. – Рада, что мы так быстро друг друга поняли.
– А теперь изложи свое предложение поподробнее, – попросил Радек. – В моем понимании кланы – это объединения, включающие в себя родственников с очень далекой степенью родства.
– У нас несколько иначе. Менат в нашем понимании – это объединение в семью людей, не связанных кровными узами, на добровольной основе. Причем причины объединения могут быть любыми. В менате каждый из его членов пользуется той полнотой прав и обязанностей, которые, судя по вашим фильмам, характерны для ваших кровных семей. Подобное объединение наиболее устойчиво в сложных ситуациях и предотвращает появление сирот при отборе.
– А как насчет личной жизни? – робко спросил Эван.
– Внутри семьи никаких ограничений не существует. Кроме, пожалуй, кое–каких возрастных.
– А что относительно детей? – Радек поправил очки. – Вдруг никто в семье не захочет их иметь.
– В этом отношении ограничений еще меньше. Хотите – в своем менате, хотите – в чужом, только договоритесь заранее. Главное, чтобы дети воспитывались сообща. Возможны варианты.
Лорн смущенно почесал затылок.
– Члены мената живут вместе, да? А как воспитывать детей, если отец и мать из разных семей?
– Вообще–то воспитание детей – забота общая в самом широком смысле. У нас не принято делить детей на своих и чужих. Они считаются общими, поэтому о них заботятся все взрослые. И биологических родителей никто не заставляет жить совместно.
– Как, вообще?
– Да, как договорятся. Например, у Чарин был всего один мужчина, она оплакивала его до конца своих дней.
– А как у вас с разводами? – Эван решил, что эта информация тоже не будет лишней.
Тейла приподняла бровь.
– Прости, что?
Майор скривился.
– Американские браки, формально пожизненные, на самом деле весьма недолговечны. Как правило, хватает их лет на десять–пятнадцать. Просто при разводах страдают прежде всего дети. Естественно, бывают исключения.
– Менат – это прежде всего союз единомышленников, но при этом он должен состоять минимум из троих взрослых. Кстати, Эван, похожи ли наши менаты на твою коммуну?
– В общем, есть немного. В свое время мои родители–художники объединились для совместной жизни с еще десятью парами. Когда мне было шесть, мой родной отец ушел. Мне его заменили Эрни и Дилан, гей–пара. По характерам, кстати, ужасно похожие на МакКея с Шеппардом, – с ноткой ностальгии заметил Эван. – Пока я рос, распались и ушли еще две пары.
– Для представителя американских вооруженных сил у тебя на редкость демократичные взгляды, – Радек был изумлен.
– Согласен. Вообще–то моя мама была против того, чтобы я шел в армию. Но когда она увидела, что мне это нравится, она перестала возражать.
– Везет же, – сказал Радек. – Моя мама все пыталась убедить меня жениться на соседской девочке. Я бы, может, и не возражал, но видели бы вы ту девочку!
Они дружно рассмеялись
– Так, а возможно ли, по–вашему, объединение в менаты на профессиональной основе?
Радек нахмурился.
– Спроси лучше Колквит, она социолог.
– Она только «за», – кивнула Тейла.
– Я не возражаю, но, честно говоря, не хотел бы быть первым, – пробормотал Лорн.
– Мы тут ухитряемся нарушать фундаментальные законы физики, так что создавать альтернативную семью страшно только на первый взгляд, тем более, что в нашем положении выбирать не приходится. Главное, помните – спешка нужна только при ловле блох. В нашем случае она противопоказана категорически, – предупредил Зеленка.
– Понятно. В тяжелые времена соблюдение традиций создает иллюзию защищенности, – Тейла загадочно улыбнулась. – Ну что? Создадим прецедент?
– Огласи список кандидатур.
***
Из спальни Джон буквально выполз. Тейла как в воду глядела: отдых был ему необходим. Шеппард лениво поскреб затылок. Чтобы окончательно проснуться, надо было только принять душ. Родни он нашел в гостиной, сидящего за компьютером.
– Сколько времени?
– Проснулась, спящая красавица? – МакКей не мог не съязвить. – Солнце уже высоко… А если серьезно, то уже третий час дня.
– М–да. Однако, крепко меня придавило.
Прошлой ночью подполковник действительно не спал, но говорить об этом вслух не собирался. Особенно МакКею. Хватит того, что команда видит его насквозь. И Родни в том числе, пусть и не всегда. С одной стороны Джон радовался, что рядом с ним люди, которые понимают его с полуслова, с другой – это было не очень приятно. И, тем не менее, как говорится – что ни делается, всё к лучшему. Да, ему будет трудно, но Родни нужна поддержка, от него в том числе.
– Не то слово, – фыркнул МакКей. – Есть хочешь? Ронон принес из буфета немного бутербродов.
– Сойдет, – Джон зарылся в холодильник. Бутерброды так бутерброды, он не привередлив, особенно с учетом пропущенного завтрака.
Закрыв ноутбук, Родни посмотрел на него уже более осмысленно.
– Выглядишь отдохнувшим, – стянув у Шеппарда бутерброд, констатировал он. – Даже мешки под глазами исчезли.
Полковник решил не поддаваться и в кои–то веки поесть спокойно. Мясо в бутерброде напоминало индейку, и это было здорово. Этих пташек они ловили на M7X–223; отрадно знать, что не зря.
Наевшись, Джон расслабленно откинулся на спинку стула.
– А где Тейла и Ронон? – сейчас они были нужны полковнику, как никогда раньше. Ему категорически не хотелось оставаться с Родни наедине.
МакКей пожал плечами, стянул с тарелки еще один бутерброд, критически осмотрел его со всех сторон и только потом решил попробовать.
– Ронон забегал, но не надолго. Наверное, терроризирует морпехов. Тейла ушла еще утром, сказала, что у нее уроки. Слушай, это майонез такой, да? – невпопад поинтересовался Родни, сунув Шеппарду под нос свой бутерброд.
Тот лишь вздохнул, словно мирясь с неизбежным.
– Кажется, да.
– И ты молчал?! Его же делают с добавлением лимонной кислоты!
Джон отобрал у него несчастный бутерброд.
– Ничего страшного. Я бы вколол тебе порцию адреналина, которую ты предусмотрительно таскаешь с собой. В идеале стоило бы отправить тебя в больницу… Но, к сожалению, клиника «Мейо» нам недоступна. Родни, ты здоров, так что, ради Бога, не ной.
– Легко смеяться над аллергиком, был бы ты на моем месте…
Один раз прикололся и вот, пожалуйста! Джон разозлился.
– Я извинился еще тогда! Вместе с Митчеллом! Пора забыть об этом, хотя бы в память о нем!
Родни замер с приоткрытым ртом. Шеппарду моментально стало стыдно.
– Прости. Я и сам не знаю, чего несу.
Что–то он совсем перестал себя контролировать. Плохо, вроде бы выспался, а за языком уследить не может. Ему повезло, что городу не угрожают рейфы. Вопрос времени, конечно, но и на том спасибо.
Шеппард на секунду зажмурился, а потом попытался состроить свой лучший щенячий взгляд.
– Знаю… – голос МакКея дрожал. – Просто я… стараюсь… Всё равно не думать не получается… Я даже по Сэм скучаю, – он судорожно вздохнул.
– И по Джинни? – вопрос был риторическим, но необходимым.
Держать себя в руках Шеппард умел, но за Родни беспокоился. Гнев, который одолевал его мгновение назад, превратился в какую–то щемящую нежность. МакКей даже не представляет, как он порой влияет на людей.
Родни молча кивнул; слова душили и не давали говорить.
– Я знаю, что разговоры по душам – это не про нас, но все же… Я всегда тебя выслушаю, – МакКей смутился, но заставил себя договорить: – Как и ты меня.
Джону показалось, будто он стоит над пропастью.
– Я… – он облизал пересохшие губы, сердце стучало где–то в висках, ладони стали влажными.
Что бы он сейчас ни сказал, всё будет не то. Притвориться, что всё прекрасно, не получится. Послать Родни – жестоко. Особенно в такой момент, когда он искренне подставляет ему свое плечо. Джон вздохнул и попытался расслабиться.
– Родни… Спасибо, приятель, – полковник бездумно провел пальцем по краю тарелки. – Но я никого не терял, – нехотя признался он. – Я осиротел гораздо раньше, – сглотнув, Джон договорил: – Мне плохо от чужой боли.
Шеппард оборвал себя на полуслове. Господи, он никогда не научится говорить.
– О, – выдохнул Родни. – Прости.
Беседа зашла в тупик. Обоим было жутко неловко, но подполковнику, пожалуй, даже больше. Съеденные бутерброды встали поперек глотки, к тому же он не заметил, как вцепился в стол.
Тишина закладывала уши и вызывала тошноту. Джон не выдержал.
– Знаешь… Пойду, попробую доспать.
Отодвинув тарелку с остатками трапезы, он позорно сбежал обратно в спальню.
***
В свою комнату Элизабет возвращалась, как будто шла на плаху. Большинство лантийцев переехало в соседнюю башню, так что гулкое эхо собственных шагов казалось Элизабет неприятно громким. Она привыкла быть одна и даже радовалась, что по вечерам никто не видит, как она снимает маску главы Атлантиса и становится просто Элизабет. Кто же знал, что за уединение придется платить полной изоляцией от общества, которое хоть иногда, но давало почувствовать иллюзию единства? Кейт Хейтмейер, Дженнифер Келлер и Маргарет Биро – и те съехались. Они звали её с собой, но она решительно отказалась. Прошлой ночью было трудно. В башне было так тихо, что Элизабет с трудом подавила желание разбить что–нибудь или закричать, чтобы нарушить эту тишину. У двери её поджидала Кейт. Оторвавшись от планшета, женщина приветливо улыбнулась.
– А я пришла узнать, как ты.
Элизабет замерла. Ах, да! Кейт же предупреждала, что будет навещать каждого одиночку. И как это она забыла? У нее не осталось сил даже на фальшивую радость.
– Без проблем. Зайдешь?
– Да, если ты не возражаешь, – провести Кейт было сложно.
Когда они расселись, она пошла в наступление.
– Как прошел твой день?
Адски. Сегодня Элизабет пыталась написать прощальную речь. Ей казалось, что хуже испытания она не проходила. Собрав со дна души ошметки дипломатичности, Элизабет попробовала улыбнуться. Получилось плохо.
– Трудно, – она скривилась. – А твой?
Кейт ответила таким же кислым взглядом.
– Трудно, – она что–то записала в планшете. – Пришлось разрулить пару назревающих ссор. Кто ж знал, что археологи совершенно не способны жить вместе.
В улыбке Элизабет добавилось яду. Как она и полагала, до кровопролития было рукой подать. Её, по правде говоря, удивляло, что столько народу решилось на переезд. Она не смогла потому, что всю жизнь была типичным волком–одиночкой.
– А тебя не напрягают соседи, Кейт? – поддела Элизабет.
– Вовсе нет. Я к ним привыкла. Дженнифер едва доползает до кровати. Маргарет тоже выматывается до состояния нестояния, – поправив волосы, Хейтмейер внимательно посмотрела на свою подопечную. – Ты сегодня что–нибудь ела? На обеде я тебя не заметила.
Элизабет сняла ботинки и вытянула ноги, блаженствуя.
– Если не считать пары бутербродов в перерывах, то нет, – она пошевелила пальцами, разгоняя кровь. – Для ужина поздновато, я не ем на ночь. Но от бокала вина точно не отказалась бы. Например, от старого доброго Шардоне.
В этом вопросе Кейт была с ней солидарна.
– Как продвигается написание речи? Помянем Землю сразу после похорон Пенни Симпсон, да? Прощаться, так со всем и сразу. Ни к чему тянуть агонию.
– Ты словно о вырезанном аппендиксе говоришь, – Элизабет и не думала скрывать злость.
Кейт дернула уголком губ.
– Так будет правильно.
– Что ты хочешь услышать, Кейт? Разве слов будет достаточно? Мы потеряли целую планету… – осознание этого многим едва не поставило крест на желании жить.
– Так, может, и не надо ничего говорить?
***
На следующий день лантийцы собрались на восточном пирсе, куда когда–то имел обыкновение садиться «Дедал».
– …она была не просто блестящим физиком. Пенни была замечательным человеком, для меня было честью работать с таким профессионалом, – на последнем слове Родни не выдержал и опустил голову. Сжав пальцами переносицу, он вернулся к команде.
Джон с Рононом, не сговариваясь, обняли его за плечи. Тейла ограничилась традиционным прикосновением лбом ко лбу.
У Элизабет от этой картины сжалось сердце. В команде Шеппарда друг за друга стояли горой. Она знала, что ревновать к их единству глупо и непродуктивно. Их узы прошли крещение огнем. Ей было жаль, что у нее самой нет никого, на кого она могла бы опереться. Когда–то был Саймон, но его Элизабет оттолкнула сама. Ей не хватило доверия. К тому же готовность променять их отношения на галактику Пегас стала тому лучшим подтверждением. Прошлое остается в прошлом, так ей, по крайней мере, казалось раньше. Элизабет выпрямила и до того идеально прямую спину, затем прошла к трибуне. Тем временем морпехи погрузили гроб на джампер, готовые по первому приказу отправить его на дно океана. Наступила минута молчания.
Подняв голову, Элизабет глубоко вздохнула.
– Сегодня мы простимся не только с прекрасным ученым, но и с нашим домом. С нашей Землёй, – она заставила себя посмотреть в лицо каждого из собравшихся. – Чтобы описать масштабы этой потери, не хватит никаких слов. Зато мы можем вспомнить тех, кого потеряли вместе с ней. Наших близких… родных… Мы – те, кто остались, сделаем все, чтобы их жертва не стала напрасной… – в ее руках вспыхнуло пламя свечи. – Мама, Седж, Саймон… Я никогда вас не забуду, – слова давались с трудом, словно в горло набили стекла. Элизабет прикрыла глаза, борясь с рвущимися наружу слезами, а затем вернулась на место, встав между Дженнифер и Кейт.
Каждый зажигал свою свечку, поминая родных. Расплакавшуюся Мико Элизабет видела уже будто в тумане. Голос Радека унес холодный порыв ветра. Эван говорил ровно, не сбиваясь, но по его щекам текли слезы. Кейт держалась молодцом, но едва не сломалась на последнем имени. Чак проявил недюжинную стойкость. Потом дошла очередь и до команды Шеппарда. К удивлению Элизабет, первым вышел Ронон. Его свечка была за всех солдат Земли, которых он знал лично. Список оказался довольно длинным. Свою речь Декс закончил, как и подобает солдату.
– Они были воинами и погибли, как воины.
Вперед снова вышел Родни.
– Джинни. Калеб. Мэдисон. Эйнштейн, это мой кот. Я… буду помнить. А еще я никогда не забуду Сэм, Валу, полковник Митчелла, Т'илка. Дэниела Джексона. Доктора Ли, ту бедную заикавшуюся девушку с Дедала. Вспомнил, Линдси… И ту милую женщину, что работала в буфете КЗВ, она никогда не пыталась меня отравить, даже когда я на это напрашивался…
Джон колебался не больше секунды.
– Генерал Лэндри, генерал О’Нилл. Полковник Колдвелл, его экипаж…
Поставив свечу, он выпрямился и, чеканя шаг, вернулся к команде. Лицо его было совершенно пустым.
Голос Тейлы звучал, как набатный колокол. Её свеча была за всех.
– Путь вашего мира завершён. Будьте же достойны его, честно и до конца прошедшего свой путь.
Тишину разорвали звуки трубы. Инструмент оказался в Атлантисе благодаря кому–то из солдат. Худо–бедно взяв себя в руки, Элизабет оглядела медленно расплывающуюся толпу. Она повернулась к Кейт. Хейтмейер обнимала уткнувшуюся ей в плечо Дженнифер и впервые позволила себе не скрывать эмоций. Неподалеку от них застыла команда Шеппарда. Они стояли полукругом, в центре которого, опустив голову, замер Родни. Джон неловко поглаживал МакКея по спине, пока тот беззвучно плакал. Элизабет зажмурилась и отвернулась. Еще никогда привычное одиночество не причиняло столько боли.
***
Несколько дней спустя майор Эван Лорн собрал оставшихся военных. В зале было шумно, кое–где пытались даже шутить, впрочем, довольно вяло, без огня. «Пусть шутят, – подумал Эван, – это лучше, чем топить горе в вине». Прощание с Землёй сорвало пластырь с гноящейся раны и подкинуло пищу для размышлений. Тогда–то все и почувствовали пользу своих соседей. Без молчаливой поддержки друг друга им было бы в разы сложней. Некоторые из его ребят решились на подвиг – подружиться с учеными.
Когда в зал вошел последний человек, Лорн повернулся к подполковнику.
– Здесь все? – Шеппард оглядел солдат. Кое–кто из опоздавших резво пробирался к своим приятелям.
Лорн проследил за его взглядом.
– Да, кроме команды лейтенанта Тормода, они в карауле. Их тоже позвать?
Шеппард качнулся на пятках.
– Зови, чем раньше мы с этим покончим, тем лучше.
Эван вышел вперед, глубоко вздохнул и рявкнул:
– Смиииирно!
Немедленно стало тихо, прекратился галдеж, шепот, а несколько десятков пар глаз устремились к командиру. Шеппард благодарно кивнул.
– Спасибо, майор, – он попытался улыбнуться. – Вольно! – он вытащил из кармана диск. – Это новый устав, копия есть у каждого в компьютере. Пока мы его разрабатывали, чуть не рехнулись. Так что всем прочитать. Не заставляйте себя, а заодно и меня, проходить через это дерьмо дважды. Я понятно изъясняюсь?
Солдаты ответили нестройным хором:
– Да, сэр!
Убрав диск обратно в карман куртки, Шеппард сцепил пальцы в замок за спиной.
– В принципе, все будет, как раньше, только с маленькими дополнениями. Подробности смотрите в компьютерах. Забудете проверить почту – наряд вне очереди. Но собрались мы не поэтому. Не буду ходить вокруг да около. Первое: сняты ограничения на формирование близких отношений. Второе: отношений независимо от сексуальных предпочтений.
Лорн краем глаза заметил не только напрягшуюся спину Шеппарда, но и несколько заинтересованно застывших лиц.
– Изменения приняты из–за нынешней ситуации, – когда было нужно, Шеппард прекрасно держал себя в руках. – Не дай Бог, я узнаю, что новые правила используются для превышения полномочий и принуждения младших по званию… В общем, я мигом напомню, каким я бываю, когда по–настоящему зол.
Солдат передернуло. Слухи о том, как подполковник защищал город от дженаев, не дошло только до глухих и мертвых. Морпехи пересказывали их новичкам, как страшилки на ночь. Лорн улыбнулся: репутация полковника работала на него, так что угрозы для предотвращения беспорядков вполне достаточно.
– Касательно сексуальных отношений… Мне абсолютно плевать, кто с кем спит, пока вы справляетесь со своими обязанностями. Теперь ваша личная жизнь полностью в ваших руках – и постарайтесь, чтобы так осталось и впредь, – Джон посмотрел на носы своих ботинок, словно в них были разгадки тайн мирозданья. – Любые гомофобские настроения будут штрафоваться. У меня нет ни времени, ни терпения разбираться с личными проблемами идиотов, которые могли бы направить свою энергию на борьбу с рейфами. Понятно?
– Да, сэр!
А затем, не сдерживая веселья, из толпы послышался зычный голос сержанта Фишера, американца по происхождению.
– Сэр, я правильно понял, что если теперь сержанту Вайнеру придет в голову пригласить меня на свидание, я с чистой совестью могу отослать его за цветами и конфетами? В конце концов, я не дешевка и на меньшее не согласен!
Зал взорвался от хохота. Эван расслабился: Шеппард смеялся наравне со всеми.
Сержант Вайнер решил не оставаться в долгу, поэтому громко, с легким немецким акцентом парировал:
– Ничего, смотаюсь на материк и нарву тебе маргариток!
***
Джон сидел в кабинете за столом и очень жалел, что у него нет припрятанной на черный день бутылочки старого доброго «Джека Дэниэлса». Впрочем, сейчас подполковник не отказался бы от любого алкоголя. Нет, любителем выпить Шеппард не был, просто это был наилегчайший способ успокоить звенящие нервы. Выступление перед своими подчиненными с такими неординарными объявлениями стало для него настоящим испытанием. Джон истерично фыркнул; ничего, теперь можно. В кабинете он один, так что обвинять его в сумасшествии некому. Чёрт! К ужасам этой галактики Джон привык, временами приходилось туго, но он справлялся, выдерживал – и сломался на такой, казалось бы, мелочи: объявил подчиненным, что однополые отношения – тоже норма. Шеппард уткнулся лицом в сложенные на столе руки; успокоиться не получалось.
От скрипнувшей двери его едва не подбросило под потолок. На пороге офиса материализовался Лорн, обеспокоено смотрящий на командира.
– Сэр? Как вы? Хреново выглядите…
– Нормально. Просто голова раскалывается, – сходу соврал Джон. – А что? Нужна моя помощь?
Лорн занял кресло напротив и непонятно откуда выудил бутылку с чем–то подозрительно напоминающим фирменный самогон Зеленки и пару стаканчиков.
– Знаю, пить при исполнении служебных обязанностей – преступление, но полагаю, что простительно отметить объединение наших разношерстных вооруженных сил, – Эван вопросительно вздернул бровь. – Сэр, вы не против?
Джон подумал, что майора ему послало провидение.
– Не против! – радостно объявил он, схватил бутылку и принялся разливать ее содержимое по стаканчикам.
Эван задумчиво следил, как переливается в стаканы светло–голубая жидкость.
– За объединение!
– За объединение!
Мужчины чокнулись.
Попытавшись осушить стакан залпом, Лорн едва не сжег себе внутренности. Откашлявшись, майор вытаращил слезящиеся глаза.
– Боже! И Зеленка пьет эту дрянь всё время?! Силён чертяка!
Шеппард хмыкнул.
– Это ты слабак! – он улыбнулся и демонстративно сделал глоток.
Градус у этого пойла был серьезный, но зато как после него становилось хорошо!
Эван ответил язвительной усмешкой.
– Да уж! Как я мог забыть, что в первый год ничего другого из алкоголя вы и не видели!
Джон перекатил в руках стакан, любуясь игрой света в прозрачной жидкости.
– Не то слово! Это, кстати, доработанный материал. У Зеленки было время… То, что мы пили раньше, вообще было похоже на технический спирт, – да ему радоваться надо, что он привык к этой дряни, ибо в ближайшие годы иной выпивки у них не предвидится. Кроме атозианского пива, конечно.
Следующий глоток Лорн делал куда осторожней первого.
– Как вы думаете, новости прошли нормально?
Джон пожал плечами.
– Я и не ждал, что конфликты начнутся сразу. Время покажет… – поймав недоуменный взгляд майора, Шеппард раздраженно добавил: – По крайней мере, расстроенных лиц я что–то не заметил.
Эван подавил желание закатить глаза.
– Недавно ко мне подходили капитан Долан и сержант Уильямс, попросили заполнить доверенность на имущество друг друга. В случае смерти одного из них другой становится его наследником.
Шеппард давно подозревал, что эти двое вместе, теперь вот знает наверняка.
– Рад за них. Я прослежу, чтобы их никто не цеплял… – словно между прочим обронил он.
– Я тут случайно наткнулся на лейтенантов Петерсона и Чейвза, кажется, ребята искали местечко поукромнее.
– А я надеялся, что они собирались на дежурство.
Он не собирался откровенничать на эту тему. Лорн может стараться хоть до Второго пришествия…
– Да, сэр, собирались.
Джон одним глотком прикончил остатки своей порции и прищурился, улыбаясь.
– Главное, чтобы они никому не мешали.
Эван оглядел Шеппарда с головы до ног, затем, видимо, придя к какому–то выводу, покачал головой.
– Да ладно вам, подполковник. Вы же знаете, что я прикрою вашу спину, что бы ни случилось, да?
– Конечно, в противном случае тебе придется заниматься еще и моей работой, – цинично хмыкнул Джон. Он не собирался реагировать на многозначительные намеки, даже исходящие от Лорна.
Эван на секунду прикрыл глаза, потом внимательно посмотрел на собеседника.
– Шеппард? Можно, я скажу как ваш друг, а не заместитель?
Вот же настырный! Никак не угомонится!
– Валяй!
– Знаете, я был воспитан мамой и двумя парнями. Эрни и Диланом. Отличными, надо сказать, людьми, – Лорн смотрел на подполковника, не отрываясь. – Быть геем – не значит быть изгоем или ненормальным. По крайней мере, теперь.
Джон вздохнул, отчаянно пытаясь придумать повод, чтобы отвести взгляд и не выглядеть при этом психом.
– Я никогда такого не говорил, – как же он себя сейчас ненавидел! Наверняка и здесь без Тейлы не обошлось! – Просто… – Обязательно это обсуждать, а? – В общем, я никогда никого не осуждал, – он нервно зарылся пальцами в спутанные волосы. – Давай замнем, а? В городе не найдется столько спирта, чтобы я потом смог выкинуть эту беседу из головы. Тем более, что я до сих пор при исполнении…
Взгляд Лорна стал сочувствующим.
– Как хотите. Только обещайте подумать над моими словами, хорошо?
Шеппарду очень хотелось провалиться сквозь землю.
– Все, что угодно! Доволен?
– Доволен, – радость Эвана была искренней.
Сердце стучало, как бешеное. Джон был в шаге от падения в бездну паники. Даже руки слегка дрожали. Нервы совсем ни к черту. Он опустил стакан на стол.
– Что–нибудь еще, майор? – он был готов выполнить любую просьбу, но не ту, о которой его попросили.
Эван встал.
– Да, сэр. Не против, если бутылка останется с вами?
Дверь за майором уже закрылась, а Джон никак не мог оторвать тоскливого взгляда от бутылки самогона. Рабочий день подходил к концу, так что если он не планирует напиваться в хлам, то пора закругляться. Спрятав бутылку в нижний ящик стола, он сделал пару глубоких вдохов. Сосредоточиться на бумажках было выше его сил.
***

@темы: Категория: слэш, МакШеп, Переводы, Фанфики

Комментарии
2012-01-29 в 18:30 

il diciannove
Ты боишься и поэтому хочешь уснуть назад. А надо проснуться вперёд. ©
– Сэр, я правильно понял, что если теперь сержанту Вайнеру придет в голову пригласить меня на свидание, я с чистой совестью могу отослать его за цветами и конфетами? В конце концов, я не дешевка и на меньшее не согласен!
– Ничего, смотаюсь на материк и нарву тебе маргариток!

После дичайшего ангста это здорово разбавило гнетущую атмосферу. Отличный перевод.
И ещё раз спасибо.

2012-01-29 в 18:44 

Асмея
Самое ценное, чему научила меня жизнь: ни о чем не сожалеть/Ин лакеш
   

Город на краю Океана

главная